По краю безумия (СИ)

Тимур ничего с ним не делает, просто встряхивает и удерживает на месте, чтобы он не смел меня касаться.

— Ты кто такой, сука! — нервно орет ему Славик.

— Это мой новый охранник, — отвечаю я.

— Отпусти меня урод, или я за себя не ручаюсь, — угрожает Славик, пытаясь вырваться из довольно крепкого захвата Тимура. Заносит кулак, но Тимур тут же его перехватывает, выворачивая руку парня так, что тот сгибается пополам. Не сдерживаю усмешки, я бы еще подошла и врезала ему между ног, чтобы он еще долго не смог удовлетворять свою похоть. Но я сдерживаюсь, отворачиваюсь и спокойно иду к машине.

— Отпусти его. И поехали отсюда, — говорю Тимуру, садясь в машину.

— Ты еще не знаешь, с кем связался. Пи***ц тебе! — рычит Славик, потирая руку, как только Тимур его отпускает. Да он еще и трус. Только и может угрожать своим статусом, и папочкой. И после этого он называет себя мужиком? Ничтожество. Тимур спокойно садится в машину, заводит двигатель, не смотря на меня.

— Куда поедем? — отстраненным голосом спрашивает он.

— Не знаю. Просто езжай вперед. Подальше отсюда, — машина трогается с места, оглядываюсь в окно, смотря на так и стоящего на том же месте Славика, сжимающего руки в кулаки. Поцарапанная рука начинает щипать. Достаю из сумки влажные салфетки, протираю царапины. На душе хреново. Нет, я не любила Славика. Это он вечно бросался этим словом при каждой возможности. Но мне было с ним хорошо, весело. Он поддерживал все мои сумасшедшие идеи, терпел все мои капризы и выходки. И мне это нравилось. Прижимаю к руке салфетку, но от этого становится хуже. Не хватало только от этой шлюхи подцепить какую-нибудь заразу.

— Где аптечка? — спрашиваю я у Тимура. Парень поворачивает голову в мою сторону, кидает мимолетный взгляд на мою руку. Молча паркуется на обочине. Открывает бардачок, достает маленькую аптечку, кладет ее себе на колени и по- хозяйски вынимает оттуда перекись и вату.

— Что ты делаешь? — в недоумении спрашиваю я, следя за его действиями.

— Дай руку, — просит он, и я почему-то словно в каком-то гипнозе, протягиваю ему руку, немного зажмуриваю глаза, когда он начинает лить перекись на царапины. Это совсем не больно, но я с детства боюсь всяких медицинских манипуляций. Даже простой обработки раны. Дергаю руку, чувствуя, как Тимур ловит меня за запястье, не позволяя вырваться. Его прикосновение к моей коже обжигает, я даже немного вздрагиваю от неожиданности. У него такие теплые, немного шершавые пальцы. Да что он себе позволяет? Я не разрешала ему меня трогать! Вырываю руку, выхватываю перекись, поливая порезы сама.

— Я просила подать аптечку.