По краю безумия (СИ)

Возникает странное чувство, что эта дерзкая, избалованная принцесса перевернет мою жизнь с ног на голову, или кинет в бездну моих сумасшедших фантазий.

После инцидента возле дома ее подруги, Таисия целый день ходила по разным магазинам со своей подругой, которая присоединилась к ней через час нашего бесцельного катания по городу. На часах девять вечера, золотая молодежь бесполезно прожигает жизнь. Коктейли, кальян, громкая электронная музыка. Кто-то приходит, кто-то уходит, наигранные поцелуйчики для приветствия и прощания, полностью пропитанные фальшью. Еще раз сканирую зал на предмет внешних угроз, и глаза вновь возвращаются к ней. Тая переоделась, на ней невероятно короткое, черное платье, обтягивающее ее красивые изгибы, открывающее резинку чулок, когда она сидит, перекидывая ногу на ногу. Красные туфли и ярко красная помада на соблазнительных губах, которые она то и дело облизывает кончиком языка. Вульгарно, но так соблазнительно, что в помещении становится жарко.

Красивая, сексуально манящая сучка. Твою мать! Работа становится все сложнее и сложнее. Тая все больше затуманивает мой разум. С профессиональной стороны хорошо, что я уже ее чувствую и могу вычислить из толпы за секунды, узнать только лишь по стуку каблуков.

Пытаюсь отогнать мысли об этой девчонке, отстраниться от всего лишнего и просто делать свою работу. Достаю из кармана вибрирующий телефон. Вот и отец Таи. Помнится, он просил вернуться ее к ужину, но, похоже, дочка давно забила на просьбы отца.

— Да, Аркадий Вячеславович.

— Где она? — всего один четкий вопрос.

— Пару подруг, одна из них с парнем.

— Алкоголь, наркотики?

— Пока только кальян и коктейли, но ваша дочь весь вечер тянет один напиток, скорее просто поддерживает компанию.

— Что-нибудь сумасшедшее, неординарное вытворяла? — вспоминаю ее утренний инцидент.

— Хорошо, — довольный моими ответами, отвечает он. — Если что-нибудь изменится, сразу звони мне.

— Да конечно, — Аркадий Вячеславович сбрасывает звонок. Забавные отношения между дочерью и отцом. Он звонит мне, чтобы узнать, чем она занимается, и не натворила ли что-нибудь. Мне казалось, что девушки в девятнадцать лет уже выходят из неуправляемого возраста. Звоню матери, чтобы убедиться, что с ней все хорошо и сказать, чтобы ложилась спать, не дожидаясь меня. Один гудок, второй, третий, пятый. Нет ответа. Набираю еще раз и еще, все безрезультатно. Паника накатывает волнами. Набираю номер соседки, телефон отключен. Черт! Как мне это все не нравится.

Еще раз набираю мать, продолжая слушать монотонные гудки. Глубоко вдыхаю, все хорошо! Я зря паникую. Но нехорошее чувство не покидает меня. Тревога и страх не позволяют сидеть на месте.