Поединок соперниц

Последние две мили мы ехали тихо, как обычные запоздалые путники, — мне едва удалось убедить графиню, чтобы она не пыталась на всем скаку влететь в аббатство.

Да, Бэртраде повезло, что подле нее в такую минуту был Гуго. Признаюсь — долгое время я считал этого человека злым гением графини. Не настраивай он постоянно ее против мужа, она, возможно, и поладила бы с Эдгаром. Ведь с какой стороны ни посмотри, этот сакс показал себя весьма терпеливым и покладистым супругом. Но что сделано — то сделано. И сегодня Гуго спас ее.

Он вновь обратился ко мне:

— Святой отец, все, что от вас требуется — это помочь мне добраться до ближайшего порта и переправиться в Нормандию.

Дело в том, что еще пару недель назад я получил послание от отца. Старик совсем плох и призывает меня ко двору короля. Если мне удастся уехать немедленно, не составит труда кого угодно убедить, что я давно пребываю в Нормандии.

В такой просьбе не было ничего чрезмерного — я и сам был заинтересован в его исчезновении. Однако Бэртрада считала иначе. И хотя до сих пор она казалась безучастной, но тут бросилась к Гуго и буквально повисла на нем с криком, что он покидает и предает ее в ту минуту, когда только он способен защитить ее от гнева супруга.

— Умолкни, Бэрт! — Гуго едва не оттолкнул ее. — Или напомнить, как ты пыталась бросить меня, раненого, в пути? И если бы я не пригрозил, чем это обернется для тебя, если меня схватят…

Что-то произошло между этими двумя в дороге, коль Гуго забыл об обычной учтивости. Пришлось напомнить, что Бэртрада как-никак дочь короля.

Гуго вновь захромал к Бэртраде, даже приобнял ее за плечо.

— Пойми, Бэрт, радость моя, для всех нас будет лучше, если мы сейчас расстанемся. Граф ничего не заподозрит, а о вас позаботится наш славный Ансельм. Я же смазываю пятки, дабы никто не заподозрил, что я мог подбить столь благонравную леди на ночные проделки в фэнах.

Итак, Гуго отбыл, а Бэртраду пришлось напоить успокаивающим отваром и уложить в постель. Мне же надо было заняться заметанием следов, сделать все возможное, чтобы ни у кого и подозрения не возникло, что я как-то связан с событиями нынешней ночи.

Ибо, что греха таить — именно я предложил избавиться от Эдгара Армстронга, а леди Бэртрада, озлобленная пренебрежением супруга, с легкостью проглотила эту наживку. Ее ненависть к мужу взросла на почве любви — как духовник графини, я это прекрасно знал. И мне не составило труда довести ее неприязнь до такого накала, что она сама предложила использовать в этом деле Гуго и его подручных.