Поединок соперниц

Выходит, у этого малого могут быть и иные имена: и Гай из Тавистока, и рыцарь д’Орнейль отнюдь не последние в этом списке.

Скажу прямо — уже с той минуты, как я прознал, что этот рыцарь в разговоре с леди Бэртрадой сослался на ее сестру-императрицу, у меня зародилось подозрение: не тот ли это крестоносец Ги де Шампер, что объявлен личным врагом Генриха Боклерка и за голову которого назначена неслыханная награда. И я послал гонцов в Хунстантон, где в последний раз объявлялся Ги де Шампер, дабы подсказать людям короля, где он может скрываться.

Вот чем я занимался в эти дни поста, изнывая от недоедания, хотя и тешил себя иной раз, намеренно задерживаясь в покоях графини, дабы отужинать у нее вдали от взглядов братии. Бэртрада не придерживалась поста, у нее был свой повар, который готовил отнюдь не постные блюда, и знали бы вы, какое наслаждение после бесконечного воздержания полакомиться паровой телятиной или жирным, как следует прожаренным каплуном!

Но однажды вечером, когда я, плотно перекусив, все еще переваривал полдюжины рябчиков в имбирном соусе, в покой, едва не сорвав впопыхах занавесь на арке входа и топоча сандалиями, ворвался писец брат Дэннис и замер прямо передо мной, уставившись на блюдо с птичьими костями.

— В чем дело, любезный брат? — спросил я, поднимаясь и загораживая собою злополучные останки рябчиков.

— Отец настоятель, беда! В обитель прямо через монастырские сады вломился тан Хорса с какими-то людьми. И через круп его лошади переброшено тело связанной женщины. А теперь тан требует, чтобы вы немедленно явились к нему.

Я услышал, как с грохотом отодвинулось кресло, когда встала Бэртрада, но остался невозмутим.

Мои вопросы, похоже, сбили с толку молодого монаха. Он второпях залопотал, что братья давно спят, ворота закрыты, но Хорса перемахнул прямо через ограду розария, вытоптав цветники, а его люди…

— Успокойся, брат Дэннис. И вспомни, что святой Бенедикт почитал высшей добродетелью монаха молчание. Поэтому сейчас же возвращайся в обитель и проводи Хорсу вместе с его… гм… спутницей в ризницу собора. А я поспешу туда и во всем разберусь сам.

Когда он вышел, я повернулся к застывшей в напряжении графине.

— Ну что, дочь моя, похоже, все уладилось?

Однако я ошибся, решив, что хлопоты уже позади. Была ли виной тому леди Бэртрада, отправившаяся со мной, или саксонка изначально была настроена решительно, но едва ее развязали у алтаря, как она начала вырываться, кричать и биться, словно одержимая бесом. Мне пришлось велеть заткнуть ей рот кляпом и вновь связать длинными рукавами ее же собственного платья из удивительной ткани, видом напоминающей полированную сталь.

Хорса был весел и по-волчьи скалил зубы в ухмылке.

— Я выследил, куда они ездят охотиться с птицами, и устроил засаду.