Поединок соперниц

Этого пса Армстронга, к счастью, не было, он умчался по каким-то делам в Тэтфорд, и Гиту сопровождал только смуглый крестоносец. Они вдвоем довольно ловко спускали соколов, не подозревая, что я слежу за каждым их движением. Но тут крестоносец отдалился, подманивая заупрямившегося сокола, а Гита поскакала вдоль берега озера с соколом на руке. И поскакала как раз туда, где я затаился на ветвях дерева. Я прыгнул, словно рысь, на круп лошади, зажал рот всаднице и погнал лошадь туда, где меня поджидали слуги… Отправляясь сюда, я велел им загнать белую кобылку Гиты подальше в фэны, дабы можно было подумать, что она понесла и сбросила хозяйку где-то в тех краях. Пусть-ка теперь поищут!

Все это Хорса выложил, не сводя глаз с брата Дэнниса, который расставлял свечи на алтаре, готовясь к обряду венчания. Писец уже успокоился и действовал с привычной сноровкой. Этот молодой монах высоко ценил свое положение при моей особе, и я был уверен, что он не придаст значения некоторым необычным деталям таинства брака, которое сейчас совершится.

Наконец Хорса подтащил Гиту к алтарю. Причудливо выглядела эта пара: Хорса в грубой одежде из кожи и меха, весь покрытый грязью и тиной, и Гита Вейк со скрученными руками, заткнутым кляпом ртом, с разметавшимися светлыми волосами и в необыкновенном серебристом наряде. В глубине собора стояла леди Бэртрада — воплощение свирепого торжества.

В этот миг невеста сумела высвободить руку и вытащила кляп.

— Вы не имеете права! Это против законов божеских и человеческих! Преступники!

И тут же графиня бросилась к ней и наотмашь ударила по щеке.

— А с моим мужем, девка, по каким законам ты жила?

Ее оттеснил Хорса, велев не вмешиваться. Сейчас не время сводить счеты. Но Гита, воспользовавшись заминкой, вывернулась и метнулась прочь, призывая на помощь. Слава Богу, врата собора были закрыты, и ей не удалось быстро отодвинуть тяжелый засов. Почувствовав, что преследователи уже рядом, она бросилась в сторону и заметалась среди колонн храма.

Положение становилось все более напряженным — вопли Гиты могли всполошить всю округу. Наконец ее настигли и схватили люди Хорсы.

И снова тан тащил к алтарю свою упирающуюся и рвущуюся невесту.

— Начинай, поп! Клянусь кровью Хенгиста, медлить больше нельзя!

Я торопливо раскрыл книгу и, сбиваясь и перескакивая, стал произносить нужные слова. Главное — совершить обряд. А сопротивление невесты не имеет значения. Разве мало девиц в наших краях не по своей воле предстали перед алтарем!

— Ответь, Хорса, сын Освина и Гунхильд из Фелинга, берешь ли ты эту женщину в жены? Обещаешь ли хранить ей верность, заботиться о ней и…

— Да, будь ты проклят, поп, да!..

Но тут Гита проговорила:

Мы оторопели. Брат Дэннис, размахивавший кадилом, кашлянул.