Пограничье

   Он все-таки сел и, обняв женщину за талию, внимательно всмотрелся в ее глаза:

   — С тобой все в порядке? Что это было вообще?

   Она пожала плечами и запечатлела на его влажном лбу коротенький поцелуй:

   — Меня, кажется, ограбили, — тонкие пальчики запутались в жестких темных волосах на затылке, и мужчина почувствовал, как боль от удара уходит, оставив после себя только досаду и стыд.

   — Ты зажгла свет, — прошептал только для того, чтобы что-то сказать, на ощупь пытаясь определить, не находится ли, случайно, застежка ее симпатичного наряда на спине.

   — Ну, не могла же я отказать себе в удовольствии видеть тебя, когда ты будешь…

   — Буду, — довольно проворчал он, когда застежка нашлась на левом плече, и платье легко соскользнуло на талию.

   — Я столько раз представляла себе это, — неслышно призналась она, спрятав лицо на его шее, — с того момента, когда ты такой грозный сидел в своем кабинете, хмурился и делал вид, что не знаешь о том, что Ирэна подслушивает под дверью…

   — Говори-говори, — в голове шумело от ее неожиданных слов и от острой реакции собственного тела на эти слова.

   — А ты? Ты скажешь? — она откинулась назад, всматриваясь в черноту его глаз.

   — Скажу. Потом. Сейчас… — сейчас слова закончились, весь словарный запас сузился до слов «хочу» и «моя», но он еще нашел в себе силы, чтобы прошептать:

   — Пожалуйста, — а потом, наконец, поцеловал. По-настоящему, в реальности. И это было в миллион раз лучше, чем во всех видениях и снах. И это было в миллион раз волшебнее. Это была магия в чистом виде.

   Вельзевул Аззариэлевич Ясневский с пугающей ясностью понял три вещи: он окончательно влюбился, он никогда, как выяснилось, не любил раньше, он никогда не отпустит эту женщину, чего бы это ему ни стоило.

   Эйалгин Нель улыбался своему отражению. Как все-таки здорово все сложилось. Дело осталось за малым: привезти рыжую волчицу во дворец и поселить ее в детской башне. Можно будет даже навещать ее там время от времени, Все-таки, как ни крути, формы у нее были шикарные. Конечно, соблюдая при этом осторожность: не хватало еще, чтобы она понесла. Быть отцом полукровки регент наследницы Зачарованного леса не собирался.

   Эйалгин рассмеялся, думая о том, какую глупость совершила Аугуста Нель. Глупость, которая обернулась замечательным подарком. Теперь, когда древняя защитная магия связала наследницу с ее нянькой, он, благородный эльф самого древнего рода, будет заниматься тем, чем и должен. Править. Править, а не возиться с пеленками и молочными кашами.

   Впрочем, любовь к маленькому выродку надо было проявлять, не забывая о том, что для большинства эльфов она не полукровка, а наследница светлого правящего рода. Пусть.