Пограничье

За очень удобным, очень маленьким столиком в очень темном и мрачном углу.

   — Госпожа, у камина есть хорошее место, не хотите пересесть? Там теплее и уютнее... — подоспевшая с картой напитков хозяйка казалась приветливой и любезной, поэтому мне было немного неловко за свой ответ:

   — Спасибо, мне здесь все очень нравится.

   По-моему, она обиделась. Ну, или на худой конец, посчитала меня чудачкой, но я все равно осталась в своем уголочке. Это было стратегически верно выбранное место. Наверное.

   Я сделала заказ, и хозяйка, улыбнувшись, уточнила:

   — А пока мясо готовится, принести вам наш знаменитый эль?

   — Спасибо, не стоит, — качнула я головой, а потом произошли сразу две вещи. Нет, даже три.

   Во-первых, в этот раз женщина точно обиделась, мало того, она была просто шокирована моим отказом. Видимо, непьющие посетители ей еще не встречались. С удивленным вскриком она выронила меню, а человек, сидевший спиной ко мне за столиком напротив, оглянулся на звук. Я открыла рот, чтобы поздороваться, а мужчина скользнул по мне злым — я бы даже сказала, злобным! — взглядом и отвернулся.

   Я была в шоке. Даже в еще большем, чем хозяйка таверны, которая к тому времени уже успела подобрать меню и челюсть и теперь спешила на кухню, рассказать об удивительной посетительнице.

   Что же касается удивительной посетительницы, то она, то есть я, кажется, разучилась дышать и молча пялилась в спину Вельзевула Аззариэлевича Ясневского. Это что вообще сейчас было? Он что же, меня не узнал? Или узнал, но почему-то злится? Или это не он?

   И без того измученный мозг просто вскипел, не успевая обрабатывать поступающую информацию. И тут произошла вещь третья. Входная дверь скрипнула. Я подняла взгляд, ожидая Гринольва, а вместо него увидела молодую блондинку. Очень красивую и весьма взволнованную.

   — Вель! — она заулыбалась человеку, сидящему передо мной, и тот махнул ей в ответ. Не поднимаясь с места.

   Что бы по этому поводу сказал великий параноик, полевой командир и самый большой зануда в обоих из миров, капитан Зерван да Ханкар? Он бы почесал рыжевато-косматую бровь и, подняв указательный перст, произнес бы нечто следующего содержания:

   — Допустим, мы видим утку. Например, она фиолетового цвета и не крякает, а пищит. Какие мы сделаем выводы? Отвратительно, курсантка Род. Это не больная утка. Она вполне здорова, просто это...

   — Это не утка, — произнесла я вслух, следя за тем, как блондинка спускается по ступенькам и не замечая того, что ко мне подошла разносчица.

   — Не утка, — согласилась девочка, ставя передо мной тарелку. — Вы просили кролика.

   — Конечно-конечно, — поспешила согласиться я и одновременно сделала пометку в мозгу: никогда больше не ходить в «Пьяную свинью», как-то у меня не сложилось тут с обслугой.