Измена. Игра на вылет

Поворачиваюсь к этой твари. Сейчас в моих глазах всё сузилось до Ларисы. До её ухмылки. До её торжества.

Быстрым шагом направляюсь к ней. Она от такой реакции не успевает отпрыгнуть от меня.

Моя рука вцепляется в её волосы, сжимая их в кулаке. Я прямо чувствую, как её кожа головы натягивается.

Она начинает визжать, но я не слушаю и уже тащу её к двери. Через прихожую, мимо зеркала, в котором мелькает наше отражение. На миг останавливаюсь возле него и наслаждаюсь, замечая её перекошенное.

Ей больно, а мне прекрасно в этот момент.

Она пытается ухватить меня за руку, но я не позволяю. Наученная опытом недавней борьбы за свою территорию.

– Отпусти, стервоза! – Воронова младшая царапает мне руки, но я лишь сильнее сжимаю пальцы на её волосах.

Дверь распахивается, и я уже привычно вышвыриваю её на лестничную площадку.

– Ты сдохнешь за это! – она падает на колени, но быстро поднимается.

Захлопываю дверь. Поворачиваю ключ.

– У нас договор! – орёт через дверь! Я сейчас вызову полицию, и меня пустят обратно!

– Посиди в подъезде, пока я вещи собираю. И не мельтеши перед лицом!

Вытираю выступившую от борьбы испарину на лбу, и ухожу в комнату.

Белов идёт молча за мной.

– Что ты делаешь? – наблюдает, как я собираю вещи.

– Ухожу.

– Да, это правильно. Так жить невозможно. А я с ней сам разберусь. Обещаю.

– Ты?! – ухмыляюсь зло. – Ты ни на что не способен, Белов. И именно поэтому скоро ты останешься совершенно точно ни с чем, – даже не смотря в его сторону, говорю спокойно. – Неужели ты так и не понял, что ты проиграл не только деньги в казино, но и свою жизнь? Тебе повезло только в одном: ты не сядешь, раз непричастен к приступу моей матери. Сядет твоя любовница. И теперь тебе уже будет не спасти.

Он молчит. И мне больше не нужны его слова, оправдания, эти фальшивые попытки что-то объяснить. Всё кончено.

Выхожу на улицу, холодный воздух бьёт в лицо, но внутри горит огонь.

Я замечаю её. Она сидит на лавке с лицом, напоминающим раздавленную сливу, и судорожно поправляет свои драгоценные нарощенные волосы, которые я так старательно превратила в копну и пакли.

«Выглядит потрёпанной мочалкой» – единственная ассоциация у меня с её внешним видом.

Понимая, что она слышит меня, достаю телефон, специально включаю громкую связь и набираю номер Воронова. Не могу сдержать улыбки, представляя её шок оттого, что она сейчас услышит.

– Алло, Саша… – говорю нарочито громко, чтобы каждая моя фраза была слышна. – Я, оказывается, не рассчитала свои силы при сборе вещей. Их действительно много. Приезжай, помоги.

– Через пятнадцать минут я у тебя.

Вижу, что до Ларисы медленно доходит, с кем я разговариваю.

Лариса подскакивает с лавки и подходит ко мне близко. Слушает внимательно, словно боится пропустить что-то очень важное.

– Не таскай сумки сама.