Правила обманутой жены

И не забыть привести себя в порядок. Мне теперь нельзя плохо выглядеть. Я больше не клуша. Я — тигрица, которая дерется за место под солнцем в огромной и хищной Москве. Мне это место не нужно. Но для сына я его выгрызу.

Я распахнула шкаф и выбрала платье. Покрутила в руках бежевый шелк. Нет, такой наряд скорее подходит для гостьи из богемы, а не для помощницы. Я выбрала черное платье прямого фасона, облегающее, как чулок, не доходящее до колен, с длинными рукавами и двумя рядами белых пуговиц. Строго, но нарядно. В стиле «Шанель». Этот модный дом обожает такие фасоны.

Белые пуговицы на строгих черных костюмах и платьях по всей длине, до подола — их фишка. Соломоновна всегда учила нас в ателье:

— Девочки, если хотите оживить старый черный шмот, пришейте на него белые пуговицы. Шкильде еще придется прикалывать белую бхошку, — она так и говорила, специально картавя: бхошка, имея в виду брошь.

— Зачем мне белая брошка? — спрашивала я.

— За тем, шо ты вся плоская, как селедка. У тебя ж не разберешься, где спереди, а где сзади. Шоб мущинки понимали: там, хде бхошка, там перёд.

Теперь нитку жемчуга на шею, черные колготки, черные туфли на «шпильках» и вполне себе вечерний вариант.

Волосы я просто распустила по плечам. Нет, нехорошо. Фен нужен, но некогда. Я заплела волосы в косу и перекинула ее на грудь. Там, где коса, там перёд. Взяла сумку и зашла в комнату сына.

— Сыночек, хочешь поехать со мной на выставку?

— Нет, мам, спасибо. Хочу отдохнуть сегодня.

— Тебе не болят спина и ножки после занятий боксом?

— Нет, но устал, да, — Серёжа продолжал увлеченно рисовать на планшете.

— Ну хорошо. Тогда пойду.

Я повернулась, чтобы выйти, но сын окликнул меня:

— Ты очень красивая!

— Спасибо, мой хороший!

Улыбаясь, я накинула полушубок и спустилась вниз, держа наготове ключи от машины.

Но вспомнила, что машина осталась возле галереи. Пришлось вызывать такси.

Черт, как же неудобно было идти до машины по снегу на шпильках! Давно я не жертвовала удобством ради красоты. Но теперь придется вспомнить это давно забытое замужней женщиной умение держать себя в форме.

Я успела приехать до сбора гостей. Платон командовал рабочими, которые перевешивали картины так и эдак.

Мы быстро выстроили экспозицию и начали проверять светильники, вмонтированные в стены возле каждой картины.

— Как же в мире всё неоднозначно, — Платон задумчиво щелкал кнопкой, переключая свет с обычного на ультрафиолетовый. — Вы только посмотрите, Надя. При обычном свете видна только часть картины. При ультрафиолете проступает скрытый смысл. Выходит, что истины и нет. Истина видна с разных ракурсов, а значит, она у каждого своя. Поэтому меняя спектр света, каждый видит то, что хочет.