Измена. (не) Любимая жена (СИ)

Её попросту распирало от желания с каждым новым словом ударить больнее. Да что там ударить… она нацелилась меня уничтожить, похоронить под грудой своих безжалостных слов.

И я будто сама ей помогала — каждая фраза отзывалась во мне, отражала, возвращала мне мои собственные мысли и страхи.

В голове так и колотилось: «Она права, права, права. Ты всегда это знала. Кто ты и кто он! На что ты ему? Поигрался и бросил».

Но как же… но что же значило то вчерашнее наше безумие? В происходившем не было ни крупицы фальши. Да и как она могла там появиться? Если между нами всё кончено, то ничего и вовсе не произошло бы!

Господи… Моя голова раскалывалась.

Я уже плохо соображала, где нахожусь и что меня сюда привело.

— Так вы всё-таки… вы спите. Вы с ним… вы с Германом… вместе.

Игнатьева опять смерила меня взглядом, будто гадала, сказать ли мне всё, что обо мне думает.

Любимица его семьи, подруга детства. Идеал. Совершенство во всём.

— Да, мы спим. Герман не хотел это афишировать. Но… ты и сама всё видела. К чему тут какие-то пояснения?

Меня спасло появление секретарши. Если бы не она, я и представить себе не могла, что бы делала.

Завидев нас с Игнатьевой у дверей кабинета, Ольга пробормотала извинение и отомкнула двери. Ничего уже не соображая, я шагнула в кабинет и, невзирая на своё невменяемое состояние, всё же отметила, как нахмурилась подчинённая Германа при виде Игнатьевой.

— Бумаги для Германа Александровича? — она указал взглядом на папки в руках посетительницы.

— Я сама отнесу, — Игнатьева было направилась к дверям его кабинета, но Ольга внезапно её осадила.

— Марина Олеговна, вам входить туда запрещено. Оставьте бумаги здесь, на столе. Я передам.

«Странно», — успело подуматься мне, прежде чем эту мысль вытеснила куда более актуальная.

— А разве?.. — я осмотрелась, будто только сейчас сообразила, что Ольга вообще-то одна. — А Герман Александрович…

Ольга метнула на меня потеплевший взгляд, задержала его на моих мокрых щеках, но на этот счёт промолчала.

— Его нет, Лиля Сергеевна. Его не было и сегодня не будет. Герман Александрович позвонил ранним утром и предупредил, что у него какие-то очень важные дела и в офисе он не появится. Ему, может, что-нибудь передать?

Игнатьева не стала дослушивать наш диалог и покинула кабинет. Охваченная паникой, я даже не удосужилась посмотреть, какой эффект на неё произвёл запрет, озвученный Ольгой.

Меня сейчас занимали только два вопроса — куда уехал мой муж и что он в это самое время творит?

И не будет ли слишком поздно что-то исправить, когда я наконец получу ответы на эти вопросы…

Глава 39"

"— Благодарен за вашу готовность сотрудничать, — Герман пожал руку своим собеседникам.

В офисе фирмы им выделили отдельную удобную комнату.