Измена. (не) Любимая жена (СИ)

Никто из сказанного ими не грешило против того, кем он её видел.

Он не заблуждался, не ошибался на её счёт. Он не затерялся в иллюзиях.

По всему выходило, что сбоить его картина мира начала именно после злосчастного корпоратива — когда он увидел её в этом чёртовым платье. Когда Марина ошарашила его новостями о том, что обзавелась каким-то шокирующим инсайдом, от которого он не мог запросто отмахнуться, потому что тот до боли точно совпадал с его личными подозрениями, щедро питал их, идеально их дополнял.

Но видео из коридора до сих пор требовало объяснений.

Только в салоне авто он позволил себе медленно выдохнуть, сложить руки на руле и опустить на них разгорячённый лоб. Поблизости не было заглядывавших ему в рот подчинённых, конкурентов, родни, друзей — никого, перед кем требовалось держать марку и выглядеть непоколебимой скалой.

Если так подумать, перед кем ему не приходилось напяливать маску?..

Перед ней. Перед ней не приходилось.

Ей всегда было откровенно плевать на его стремление блюсти репутацию прирождённого альфы.

Она шутила, что вовсе не на это купилась. А как раз на то, что при всей своей дикой статусности и суровости он был с ней нежен, почти раним.

Почти, потому что опасно, смертельно опасно было до конца открываться даже ей.

Ведь если бы она предала, то навсегда покалечила бы. Безвозвратно, без шанса на выздоровление.

И он так этого боялся, что запустил самосбывающееся пророчество, не иначе…

Просидев какое-то время в уютной тишине автомобильного салона и превозмогая внезапно накатившую усталость, он набрал Ильмина:

— В приоритете — поиски Алексеева. Отыщите мне его контакты — все, до каких дотянетесь. Из-под земли мне его достаньте.

И, кажется, самое время обстоятельно поговорить с Игнатьевой. Теперь, когда кое-какая информация собрана, им есть о чём поболтать.

И разговор этот очень ей не понравится.

Остаток дня и начало вечера он промотался по городу, решая дела, не требовавшие его присутствия в офисе. А вечером обнаружил себя на знакомом, до боли знакомом месте — у цветочного магазина, несколько лет назад разделившего его жизнь на до и после…

Глава 40"

"— Герман, не соизволишь в гости заглянуть? — голос матери в трубке звучал почти требовательно, пусть она и знала, что это не лучшая стратегия начинать с ним разговор.

Он сидел, откинувшись на спинку водительского кресла, и наблюдал за тем, как Лиля с величайшей аккуратностью приводила в порядок свежую цветочную композицию, занимавшую всё пространство витрины.

— Зачем?

— Отец хотел с тобой поговорить. Что-то там о встрече с инвесторами.

Опять Артур проболтался. Но он не держал зла на младшего брата. Он был даже рад, что его напряжённые отношения с ближайшей роднёй никак на Артуре не сказались.

— Зачем? — повторил он вопрос.