Ранг неизвестен

Скорее он стар, как само Единство. Многие Народы достигли с его помощью невероятных высот. Но у него есть предел.

— А Руны не имеют ограничений?

— Имеют, но совсем другие, мой господин, — Морвейн улыбнулась. — Кел… прошли всеми дорогами. И в итоге появилось Восхождение, Руны и Звездная Кровь. Потому что они совершенны. И позволяют изменять сами основы реальности.

Ведя эту беседу, мы наконец добрались до площадки, откуда виднелся наш Росток. Посаженный практически в центре плато и окруженный защитным периметром, он вырос и окреп, раскинул золотые ветви — побольше иного взрослого дерева, — а шапка сияния была видна из любой точки фригольда. Над кроной кружились полярии — с недавних пор немалое их количество слеталось к юному Древу. В глазах Морвейн появилось что-то, похожее на благоговение.

— Во имя всех Единых… — прошептала она. — Юный Игг. Он… говорит со мною…

Я улыбнулся — да, Росток шептал и пел, обнимая своим теплом разум любого, кто приближался. Эта ментальная аура, дарящая спокойствие, становилась больше с каждым днем, с каждым новым листиком, который выпускало наше Небесное Древо. Она благотворно действовала на людей — из содержания ежедневных совещаний я знал, что количество мелких преступлений, драк и конфликтов с начала цикла падает, несмотря на тяжелый сезон, а число брачных союзов и беременных, наоборот, растет с каждым днем. Похоже, под Древом расцветало практически все — оно благотворно действовало не только на флору, но и фауну, в число которой входили и местные двуногие…

— Вот истинное совершенство, мой господин, — сказала Морвейн. — Игг-Древа заменили Единству солнце, когда Вечность сожрала старые светила. Разве на это способны технологии? Создать новые источники света и жизни для целых миров — это под силу только Звездной Крови… Ваш народ обрел величайшее сокровище. Берегите его.

— О, прошу прощения! Можно пару вопросов для нашей аудитории?

Услышав знакомый визгливый голос, я обернулся и увидел Элли Кардо с микрофоном наперевес и жужжащим дроном, делающим круговую съемку.

О нет. Только не это.

— Сигурд Морозов… и… эээ… простите, леди…

— Морвейн кель’Талас, — подсказал я обреченно.

— Мисс Талас, — Элли направила ей в лицо микрофон. — Элли Кардо, «Голос Фригольда»! Не могли бы вы уделить несколько минут нашим зрителям?

— Мой господин, что от меня хочет эта особа? — Морвейн вопросительно взглянула на меня. Она спрашивала на Едином, и вряд ли Кардо поняла о чем.

— Она репортер. Очень назойливая.

Мне пришлось использовать земной термин, потому что в наречии Единства не было подходящего понятия.