Самогонщик против армии США

Сплошной матерьялизм и восемнадцать перепуганных заложников.

Если с Питом что-то случилось, хрымы могли бы броситься на Джен оравой, задавить массой… Нет, ждут. Лыпают глазами. Смотрят на меня. Ты же — «великий Гош», вот и решай проблему, мы посмотрим.

— Остались гостевые комнаты и санузел.

— В гостевые нельзя, — пискнула служанка с «кольтом».

— Видит Бог, я не хотела. Но придётся. Пошли! — согласилась Харра.

Мёртвого Пита я едва узнал. Белоснежная в лучах можрунового светильника кожа на лице натянулась, обострив черты. Горло перерезано, практически от уха до уха. Хорошо порезвились девочки! А сколько кровищи вытекло…

— Выкинь его тоже в окно. Хоть и зима, скоро завоняет.

— Повторяю! — просипела сквозь зубы Джен. — Ищи грёбаный портал. Или ляжешь рядом с ним, если будешь совать нос не в своё дело.

Что интересно, портал нашёлся.

Овал мерцал слабо. Скоро схлопнется. Если бы не был освещён двузубой вилкой Можруна, любой, шедший здесь, попал бы прямиком на очко. А так — вход в другой мир.

— Джен! Прошу. Даму — вперёд.

— Нет уж. Не знаю, куда он ведёт. Давай ты.

— Убедила. Держимся за руки.

Она протянула левую, правой по-прежнему сжимая М4. Я схватил гадину за пальцы и утянул за собой. Если даже портал закроется, уведу её от заложников. А сам найду способ вернуться. Как-нибудь и когда-нибудь.

В лицо ударило теплом.

— Moon! — радостно воскликнула тварь, и я тоже увидел Луну. Как минимум, мы теперь болтаемся в подлунном мире, здесь тёплая июльская ночь. Автопереводчик отключился.

Под ногами пах гудроном разогретый за день асфальт. Дорога не была освещена никакими фонарями. Похоже, перекрёсток. Вдали, не менее чем в полукилометре, светилось нечто, напоминающее блокпост.

А издалека доносились звуки, которые не спутать ни с чем. Артиллерийская стрельба. Пулемётные очереди. Война!

Новое восклицание Джен заставило обернуться. Она ткнула пальцем в дорожный указатель. Видимо, не разобрала написанное.

«Донецк». По-русски. И указания километров. Если верить тому, что рассказывал Питер, и сложить с увиденным сейчас, в Украине до сих пор продолжаются бои. И коль указатели по-русски…

— Дон'ецк! — наконец, разобрала американка. — Факинг рашнз!

Она пихнула меня стволом в сторону овала. Я шагнул в Мульд. Сержантка — за мной. Но тут кое-что переменилось.

Нас встретил ствол пистолета. Я едва успел дёрнуть в сторону, сваливая с линии огня. А негритянку тяжёлыми пулями, угодившими в бронежилет, вышвырнуло обратно в переход.

Срочно сжал пальцы, двузубец погас. Портал на Землю закрылся.

Можешь до посинения теперь объяснять русским, что они «факинг рашнз», а у тебя под чёрной кожей течёт голубая американская кровь. Помни, у русских могут быть иные представления.