Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5
Граф спросит одного-двух вождей, не заинтересованы ли те в покупке зерна, ибо, мол, позже станет говорить об этом и со мной. Причем предложит настолько низкую цену, что те сразу же согласятся. Конечно, необязательно речь пойдет о зерне, это может оказаться солонина, фасоль или горох – или вино. Неважно… Ты слушаешь, жрец? Вот так ведут политику. Не лупят молотом между глаз, но умащивают тропку медом, чтобы зверь сам пришел, куда нам нужно. После такого часть кланов придет к выводу, что империя не чувствует себя в опасности, коли вместо того, чтобы копить провиант в замках и твердынях, делать запасы в городах – готова продавать его за бесценок.
В самом начале пира места за столами подле возвышения пустовали. Представление Навера вымело большинство нейтральных кланов под противоположную стену. Теперь – Кеннет даже не успел заметить, когда это случилось, – лавки близ стола имперских гостей начали заполняться. Чаще всего восседали за ними мужчины в богатых доспехах и женщины в платьях из дорогих материалов. Иначе говоря, родовая старшина. Едва ли не каждый клан, к которому подходила посольская пара, отсылал нескольких своих людей поближе к тахгу.
Клависс снова следил за графиней.
– Эта женщина в три месяца сумела бы отобрать у меня трон. Захоти она родить мне ребенка, я б заплатил за него десятикратный вес в золоте.
Капитан засопел, огорошенный.
– Ничего запретного, капитан. – Кеннет жестом остановил офицера, не дав ему вскочить на ноги. – Это общепринятый обычай. Мужчина, который желает иметь законное потомство, но не хочет жены, может заключить с женщиной соответствующий контракт.
– Почему? – Кавалерист обвалился на стул.














