Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

В ту ночь он вошел в жизнь моей семьи, держа в руках окровавленное железо, а я, вместо того чтобы понять этот знак, благодарил Госпожу за милость, проявленную к нам, и позволил ему пойти к нам на службу.

Она не прервала его и не изменила позы. Зато поглощала каждое его слово. Когда он говорил о ее брате, стискивала ладони на рукоятях сабель до белизны в костяшках пальцев.

– Почему ты хотел его отослать? – спросила она тихо. – Он вел себя недостойно во время путешествия?

– Что тебе за дело до человека, которого ты никогда не знала? – ответил он вопросом на вопрос.

Она вздрогнула, и сабли на палец выскочили из ножен.

– Я хочу знать и понимать, что тогда случилось. Даже если он и не принадлежал к моему роду, был из народа иссарам. Нехорошо, когда случаются такие вещи.

– Какие вещи, женщина? – рявкнул он. – Убийство безоружных? Я думал, что вы этим гордитесь. Во время резни в восточном Айрепре погибло десять тысяч человек, в большинстве тех, кого застали врасплох и кто не мог обороняться. Отца и брата моей жены убили на ее глазах. Я узнал об этом слишком поздно и потому хотел, чтобы он покинул мой дом. Ты права, слишком многие меекханцы воспринимают вас как животных.

Тяжело считать диких зверей соседями.

Она отступила. Минуту стояла неподвижно, потом фыркнула коротким, отрывистым смехом. Он был пойман врасплох его горечью.

– Извини, – сказала она через миг. – Если бы ты знал, как твои слова напоминают те, что говорятся многими моими соплеменниками в ваш адрес. Особенно тех, чьи семьи вырезали во время нападения на афраагры племен д’рисс и к’леарк. Восемь селений пало жертвой ваших солдат, прежде чем они сумели собрать достаточно воинов, чтобы встать против вас в битве.

Ох, узы крови даже наших мужчин толкнули искать мести за горами. И вам повезло, что совет племен запретил принимать в этом участие всем желающим. Если бы этого не сделал, умылась бы кровью каждая провинция отсюда до самого Гриллана, – добавила она твердо.

Идя подле брата, она подумывала, что, собственно, он пытается сделать. Никто из рода их не поддержит, а в схватке на словах шанса у них не было.

Она не верила, что они чего-то добьются. В эту пору в жилище Ленганы не должно было оказаться мужчин – лишь несколько женщин и детей.

А они, желай чего-то достигнуть, должны говорить со старейшинами рода. И наверняка не с этой женщиной. Но Йатех уперся, что было для него необычно – похоже, пребывание между меекханцами изменило его сильнее, чем она предполагала. Несмотря ни на что, она решила его сопровождать: по крайней мере удержит его от глупостей.

А теперь из-за этого слова она шла вместе с братом в усадьбу рода х’Леннс, что размещалась на другом конце селения.

Йатех не дал себя переубедить. Согласился лишь не брать, как и она сама, оружия.