Как прорастают зерна

Оле ужасно хотелось спросить, по поводу чего же нервничает Фаиңа Давыдовна, раз настолько часто курит. Чтобы не задать этот вопрос, пришлось прикусить язык. И так вот молча кивнуть.

– Надеюсь, запах выветрится, - снова зашумела вытяжка. - Борис очень расстраивается, когда я курю. И постоянно меня за курение пилит. Он вообще меня постоянно пилит, – усмехнулась, прищурившись на дым, Фаина Давыдовна. – За курение. За то, что двигаюсь мало и не нагружаю тазобедренный сустав. За то, что двигаюсь много и чрезмерно нагружаю тазобедренный сустав. За то, что не пью таблетки. За то, что пью не те таблетки.

Старость ужасна тем, что твое утро начинается с пригоршни таблеток , а не с чашки кофе!

Оля молчала, не зная, что на это сказать. На ее памяти Фаина Давыдовна никогда не жаловалась. Нет, жаловалась. Но не ей. Α Борису. А Оля была недостойна. Ну что она может понять в заботах и проблемах Φаины Давыдовны. А теперь что же? Что случилось?

Φаина Давыдовна принялась готовить кофе : насыпала зерна в механическую кофемолку и принялась сосредоточенно крутить ручку. И стало возможным незаметно понаблюдать за Φаиной Давыдовной.

Оле казалось,что бывшая свекровь совсем не изменилась с тех пор, когда была не бывшей , а,так сказать,действующей. Все та же монументальность в телосложении, но при этом – красивые маленькие округлые ловкие руки. Коротким каре остриженные темные волосы, густой низкий голос. Все та же Фаиңа Давыдовна Накойхер, великая и ужасная. Разве что усики над верхней губой стали заметнее.

По кухне поплыл головокружительный аромат свежесмолотых қофейных зерен , а Фаина Давыдовна взяла в руки медную турку с вязью тонкой чеканки по бокам.

– Борис Натанович подарил, – зачем-то сообщила Фаина Давыдовна, пересыпая часть смолотого кофе в турку.

Свекра Оля в живых не застала, он ушел из жизни, когда Борису было чуть за двадцать. Видела только на фотографии. Тогда же поняла, что телосложением Борис пошел в мать – Борис Натанович отличался крайне субтильной комплекцией. А вот характер, похоже, Борис унаследовал от отца.

Пирожки с картошкой были еще теплые. И невероятно вкусные. Как и сваренный Фаиной Давыдовной кофе. И оказалось очень удобно пить ароматный кофе, не спеша наслаждаться вкусом мягкой выпечки и слушать Фаину Давыдовну.

А самое замечательное – что говорить не нужно было, бывшая свекровь прекрасно справлялась сама.

– Ладно, Оленька, поеду я. С Борисом в субботу увидимся, когда он не на работе. Отдыхай, – Фаина Давыдовна грузно поднялась с места. – Завтра что будешь кушать?

– Завтра?! – Οля едва не поперхнулась остатками пирожка. – Да вы сегодня принесли столько, что за неделю не съесть!

– Там совсем немного! – отмахнулась Фаина Давыдовна. – Тебе пообедать, Боря придёт с работы – поужинаете.