Как прорастают зерна

– Нет, Оля. Слово «вина» тут вообще не к месту. Мы же не в суде. Я про другое. Вот представь – вас двое. Вы плывете в одной лодке. И даже если из этих двоих, что плывут в одной лодке, гребет только один, выбирает, куда плыть,только один, а второй сидит, не шевелясь и ничего не говоря – он, этот второй, все равно влияет на то, как и куда плывёт лодка. Потому что он имеет вес, который оказывает влияние на осадку этой лодки. Потому что он имеет объем,и это тоже влияет на движение лодки. Даже если он ничего не делает – он в этой лодке есть, понимаешь? В этой лодке человек не один – их двое.

И это… – Фаина Давыдова вздохнула и отвела взгляд. - Непонятно, да? Ну и черт с ним. Не слушай меня, Оля. Я не тот человек, который имеет право тебе давать советы, у меня не то, что рыльце в пушку – у меня вcя морда до ушей в разодранной подушке. Так что… – Фаина Давыдовна подалась вперед и неловко прижала Олю к своей монументальной груди. - Береги себя,девочка.

И, коротко кивнув, вышла за дверь.

ГЛАВА 8. Чрезмерный интерес и повышенное внимание к стрессовым событиям (R46.6)

Спустя четыре дня Оля с Борисом проводили Фаину Давыдовну в аэропорт.

А до того дня каждое утро Фаина Давыдовна неизменно приезжала со снедью, поила Олю кофе, развлекала историями из своего бездонного, кажется, запаса и сама расспрашивала ее про работу. Оля с изумлением открыла в Фаине Давыдовне умного и понимающего собеседника. Ну а то, что с некоторым избытком экспрессии и проскакивающим резким словцом – так это даже интереснее.

Темы измен они больше ни разу не коснулись. Но Оля, обнимая на прощание Фаину Давыдовну,испытала настоящую грусть от того, что она уезжает.

Кто бы ей такое сказал пять лет назад….

А ведь когда Фаина Давыдовна уезжала жить в Израиль, Оля была готова открывать шампанское.

***

– Липа, в субботу идем к Тер-Петросовым.

– Да? - эти слова застали Олю врасплох. - А… какой повод?

– Ну,ты же сама сказала, что сoскучилась по ним, - пожал плечами Борис. А потом добавил: – Но и повод имеется. У Тамары день рождения."

"– Ух ты! – Оля обрадовалась совершенно искренне. Потому что так же искренне она симпатизировала чете Тер-Петросовых – и Самвелу,и Тамаре. К тому же, Оля должна – нет, не дoлжна,другое слово! – Оля хотела поблагодарить лично Самвела за то, что он сделал для нее в тот день, когда Борис ее оперировал.

Оля ничего не понимала в работе анестезиолога, но она знала, как высоко ценит Самвела Борис. А уж в профессионализме бывшего мужа Оля удостоверилась на собственной,так сказать, шкуре.

– Ты купил подарок?

Борис хмыкнул. Оля осoзнала, как требовательно прозвучал ее голос. Будто она имела право с него спрашивать и его контролировать. Но извиняться или что-то исправлять не стала.