Сын Тишайшего-2

По замыслу нашего командующего, озвученного на вчерашнем совете, необходимо выманить на себя все силы противника, связав их боем. И только потом наступит время удара Запасного полка. Если татар окажется слишком много, то коломенцы с тамбовчанами, должны отступить в артиллерийский лагерь, где расположены туляки. На самом деле странная затея, требующая хорошей координации действий. Иначе приманка становится жертвой. Но мы пришли сюда, в том числе тренироваться.

Я всегда считал, что нельзя дробить силы. Особенно в условиях отсутствия нормальной связи. Однако война в степи имеет свои нюансы, куда лучше не лезть со своим важным мнением.

Потому стою рядом с Морткиным, Шеиным, тремя подполковниками и парочкой вестовых. Моя охрана и свита мнётся вокруг помоста, бурно обсуждая происходящее. Особых переживаний и тем более страха незаметно. Воевать придётся против обычной орды, а не лучших воинов хана. Проблему может доставить многочисленность татар, но у нас есть контраргументы.

— Не нравится мне происходящее. Пусть хоть трусом обзовут, но надо уходить, — Морткин опустил подзорную трубу и провёл рукой по подбородку.

После женитьбы князь сбрил бороду, но постоянно пытался её потрогать. Такая привычка у человека, когда он волнуется. Смотрю на полковника, ожидая продолжения.

— Здесь мы продержимся, я не сомневаюсь. Но судя по пыли, степняков гораздо больше, — Фёдор Фёдорович указал на северо-восток, а затем ткнул пальцем южнее, — Если басурмане обойдут наш стан, поняв бесполезность приступа, и ударят по тулякам, то быть беде. Бычкову не хватит сил быстро повернуть пушки. Там всё-таки засада, а не каструм. Если Черкасский опоздает, то спокойно отобьёмся и людей сбережём. Думаю, князь подойдёт часа через четыре, как раз успеем отойти и подманить всю орду.

Военным пришлось по душе слово каструм, в отличие от лагеря, которые я ввёл в употребление. Доводы зятя разумны, только не понравилась небольшая заминка перед упоминанием Запасного полка. Не думаю, что князь подозревает измену. Скорее всего, он сомневается в полководческих талантах Черкасского.

Меня же больше волнует бардак в руководстве. Барятинский, оставшийся в базовом лагере, порывался идти со мной. Спрашивается, зачем нам тогда командующий? Может, лучше действовать, как независимые княжеские дружины, вспомнив худшие моменты русской истории? По идее зам главы приказа должен быть в курсе всего происходящего. Гонцы регулярно отправляются, а на нашем берегу Дона стоит пост с сигнальщиками, обязанной сообщать о происходящем.

— Действуйте, как считаете нужным, Фёдор Фёдорович. Наша главная задача — разбить татар и испытать новинки. Со вторым мы уже справились, осталось дать жару басурманам. Особый героизм здесь не требуется.