Сын Тишайшего-2

ВТК вскоре начнёт деятельность в Коломне и Нижнем Новгороде, где начнут строить торговые суда и галеры. Далее доли компаний будут выкуплены боярами. И пусть попробуют не растрясти мошну. У нас ныне самодержавие и деспотия. Таким вот образом будем завлекать аристократию в промышленную и торговую сферу. У купцов просто нет нужных средств для инвестиций. А бояре найдут. Если нет, то заставим.

Остальные провинившееся осядут в Паншин-городке и окрестных крепостях. Пусть искупают вину кровью.

Кстати, в указе особо подчёркнуто, что все воры могут заслужить прощение. А их дети через пять лет имеют право вернуться в Москву, поступив на службу или в учебное заведение. Естественно, это касается отпрысков раскаявшихся.

— Приговариваются к позорной смерти через повешение! — глашатай снова вывел меня из размышлений, — Воры помилования не заслуживают!

Вот так, через казни, кровь и муки рождается новая Россия! Угу. Главное — не начать ржать от столь пафосных и пошлых мыслей. Просто я захватил власть, и страна пойдёт нужной мне дорогой. Этот путь будет усеян отнюдь не цветами, а дерьмом и людскими страданиями. Только новый Федя не будет обращать на это внимания. Ради светлого будущего русского народа мы пойдём на любые жертвы. Ведь именно я знаю, как лучше. Ха-ха!

[1] В ночь на 8 августа 1689 года 17-летний царь Пётр бежал из своей резиденции в Троице-Сергиеву лавру. На следующий день в лавру пришли и его потешные полки.

[2] Узнав о подходе шведов к Нарве, Пётр I 18 (29) ноября в сопровождении генерал-фельдмаршала Ф. А. Головина и своего фаворита А. Д. Меншикова уехал в Новгород, оставив командование саксонскому фельдмаршалу герцогу де Круа. Таким образом, русскими войсками в основном сражении, произошедшем на следующий день, руководил только что назначенный иностранец. По воспоминаниям барона Алларта, де Круа сопротивлялся этому назначению, но переубедить Петра не сумел. После своей решительной победы в основном сражении шведы распространили версию о том, что Пётр I сбежал из трусости. В Швеции была также выпущена медаль с изображением плачущего Петра, бегущего от Нарвы.

Последнее заседание Боярской думы началось немного нервно. Понятно, ведь несколько дней назад некоторых её членов казнили при большом стечении народа. Ещё и в Грановитой палате собралось немало дворян и служилых людей, которым не положено находиться здесь по статусу. Потому и возникали заминки. Ведь того же Морткина, царского зятя и генерала, на табурет в последнем ряду не посадишь. Вот вельможи и решали, кого и куда передвинуть.

Мне об этом позже доложили секретари, заранее расположившиеся в своём уголке.

Вроде моё появление встретили обычно, но в воздухе чувствовалось повисшее напряжение. Хотя поведение вельмож странное.