Тайна гувернантки

 — Моя переписка с лордом Ноттом и твое к ней пренебрежительное отношение в данном случае ни при чем! Ты едва не спровоцировал скандал, обидел мисс Ларк, обидел мисс Маттон, которая тщетно искала твоего внимания весь вечер. Я слишком хорошо отношусь к Аделии, чтобы терпеть то, как ты с нею обходишься. И сейчас ты упорствуешь, потому что тебе неприятно признавать, что ты неправ.

Ричард поморщился и, сильно хромая, вернулся в кресло. Все ясно.

— Я хозяин в этом доме! — зарычал Кеннет. — И я буду делать то, что мне хочется, и последствия только на моей совести!

Он быстрым шагом прошел к выходу и грохнул дверью так, что слышно, наверное, было во всем доме. Хорошо, если никто не обратил внимания, как орали в библиотеке милейшие хозяева.

Кейлин выдохнула и устало потерла лоб.

— Господи, каким же он иногда бывает твердолобым.

— Он уже почти признал свою вину, а мы на него насели, — пожал плечами Ричард. — Какое счастье, что ты успела вовремя. Если бы его и мисс Ларк застали посторонние, скандал вышел бы на всю округу.

— Спасибо, что поддержал меня.

— Терпеть не могу скандалы, но вы, мои дорогие близнецы, исключение. Ваши перепалки бодрят.

Кейлин печально покачала головой:

— Конечно, он одумается через полчаса. Я зайду к нему, когда он остынет. Нельзя это вот так оставлять.

— Хорошо бы он написал мисс Ларк письмо, — предложил Ричард, — с извинениями. И чем раньше послание доставят в Грейхилл, тем лучше.

— Да, это будет уместно. Бедная мисс Ларк! — Кейлин теребила бантик на юбке. — Она действительно выглядела ужасно озадаченной. Думаешь, Кеннет и правда ее вынудил?

— Думаю, она даже не успела понять, что происходит.

— Или она прикидывается милочкой, а на самом деле — охотница за приданым.

— Ты сама-то в это веришь, Кейлин?

— Не особенно. Просто по привычке оправдываю брата, а в данном случае ему оправданий нет. Хорошо бы выслушать и мисс Ларк, однако я не рискну ее тревожить. Умопомрачение Кеннета — наша проблема.

— Ненавижу беседы на повышенных тонах, — уныло призналась Кейлин. — Меня трясет.

Ричард поднялся, подошел к ней и взял за плечи. Весьма вольный жест, но только не между ними. Их с Кейлин связывает нечто большее, чем дружба, и совсем иное, чем любовь. Наверное, общая смерть, прошедшая слишком близко.

— Не воспринимай это столь тяжело.

— Не могу. Я привыкла к спокойной жизни, а крик, неприятности, ссоры с Кеннетом — это ужасно. Каждый раз такое чувство, будто меня вывернули наизнанку. К счастью, это случается редко.

— В последнее время — часто.

— Ее-то ты, надеюсь, не обвиняешь?

— Мне бы не хотелось.

Ричард обнял Кейлин, и минуту они стояли, ни слова не произнося.

— Ладно, — сказала Кейлин, отстраняясь. — Я пойду к Кеннету. Будем мириться.