Тайна гувернантки

— Сиди. — Она прошлась вдоль полок, провела ладонью по пыльным корешкам. — Всего лишь о тебе.

— Обо мне! Что за мерзкая тема.

— Ты меня беспокоишь.

Кейлин остановилась у окна и повернулась к Ричарду; освещенный сумрачным дневным светом, он выглядел старше. Серый оттенок лица мало кого красит.

— Приехал сегодня в середине дня, на тебе лица не было.

— Истинный самурай никогда не потеряет лицо.

— Ты собираешься в Японию? — нахмурилась Кейлин. — Самураи — это оттуда?

— Да — на оба вопроса?

— Ричард, ты невыносим! — Кейлин начинала сердиться. — Хотя бы со мной ты можешь оставить эти свои штучки?

— Увы. — Он снял очки и принялся постукивать ими по колену. — Это неотъемлемая часть моей натуры.

— Ты меня запутал. Что творится с твоим настроением в последнее время?

— Я не нежная фиалка, чтобы мое настроение имело впечатляющий вес, — резко высказался Ричард. — Я мужчина, Кейлин. И такие разговоры меня нервируют. Они тратят мое время.

— Ты сознательно отказываешь себе в искренних чувствах уже много лет.

В сердцах она сказала ему то, что думала, и тут же пожалела. Но Ричард не выглядел обиженным.

— Ты так считаешь? Может быть. Я люблю красоту и людей люблю… некоторых. — Он криво улыбнулся, глядя на Кейлин. — Хотя большинство из них гораздо прекраснее на прозекторском столе, чем в жизни.

Ему удалось и ее шокировать.

— Извини. — Он все-таки поднялся, положи и очки на книгу, и подошел к Кейлин. — Ты со всех сторон права, а я кусаюсь.

Она протянула руку и коснулась его щеки. Очень вольный жест, однако Кейлин хотелось утешить Ричарда. A oн тут же сделал крохотный шажок вбок, уходи от ласки.

— Ничего, кроме сомнений, разъедающие внутренности. Ты же знаешь, я не люблю сомнения, они плохо действуют на пищеварение. Как врач, сомнения себе я бы точно не прописал.

— Как врач, ты уже давно должен был бы вскрыть себе череп и вырезать излишнюю скромность, — вздохнула Кейлин. — Ради нас всех.

Ричард приоткрыл рот, потом закрыл, потом все-таки спросил:

— В чем ты меня только что обвинила?

— В излишней скромности. — Кейлин скрестила руки на груди. — Ты мой друг, именно поэтому я скажу. Ты столь скромен, что свои интересы предпочитаешь прятать, отставлять на третий план, лишь бы они кому-то не помешали. Не ищешь помощи, не ищешь сочувствия. Когда оказываешься в затруднительной ситуации, всеми силами стараешься справиться сам. Но для того и существуют близкие люди, Ричард, чтобы помогать. Нам ничего за это не нужно. И тебе от нас ничего за это не нужно. Только дружба и любовь. Вот и все.

— Никогда не думал, что кто-то назовет меня скромным. Ты сумела удивить меня!

— Познай самого себя.

— Стараюсь по мере сил.

Кейлин склонила голову набок.

— Теперь-то расскажешь?

— Нет. — Он отошел и взял очки.