Техник-ас

Верхний, наиболее «просахаренный» слой считался лакомством и стоил дорого. Но многим эта земля спасла жизнь.

Тяжелее всего стало в ноябре – декабре. Нормы выдачи продуктов урезали. Люди от голода падали замертво прямо на улице. Просто чудо, что им с Катенькой удалось выжить. Однажды в декабре соседи угостили их с дочкой парой крошечных котлет. Кате котлетка очень понравилась, и Света отдала ей половину своей. Может быть, когда-нибудь она расскажет дочери, что эти самые вкуснющие котлеты были приготовлены соседями из их красавца кота, доброго пушистого рыжего мурлыки, от которого девочка была в полном восторге.

Соседи умерли один за другим сразу после Нового года.

А вчера ей на работе выделили дрова, и это было как нельзя кстати: они с Катей уже начали топить свою страшно дымящую буржуйку разбитыми табуретками. Вязанка дров получилась большая, и Света с трудом тащила её за собой. Катюшка молча шла рядом, держась рукой за верёвочку. Почти у самого дома голова сильно закружилась, и Света не удержалась на ногах. Встать она уже не смогла, сидела и беззвучно плакала, жалея себя и дочку.

Смерть уже стояла у них за плечами, когда из-за сугроба, переговариваясь, вышли двое военных.

Они помогли ей подняться, и тут Катюшка вдруг обхватила одного из них за шею и громко произнесла: «Папка… Папочка…» И это та самая Катюшка, которая не подпускала к матери никого из мужчин.

Военные помогли им добраться до квартиры, затащили в комнату дрова, и только тут Света узнала одного из них. Это был известный писатель Аркадий Гайдар. А вот второй…

Ещё там, на улице, взглянув в его глаза, она поняла, что пропала. Сердце буквально замирало всякий раз, когда он смотрел на неё.

А потом, когда комната немного прогрелась и военные сняли свои полушубки, Света просто обомлела. На груди у того, второго, которого звали Ильёй и который оказался майором-лётчиком, ярко горели две Звезды Героя и другие награды, две из которых оказались английскими. Катюшка не отходила от него, всё время называя папой, а Свете хотелось выть от отчаяния. Ну разве нужна она такому герою? Он вон какой, а она…

А потом был настоящий пир. У Ильи с Аркадием с собой были продукты, и они выложили их на стол. Свете было безумно стыдно, но голод взял верх.

Они с Катей впервые за долгое время смогли нормально поесть. А вот гости кушать вежливо отказались и лишь с видимым удовольствием пили пустой кипяток, хотя несколько кусков сахара, принесённых ими же, лежали на столе. И только видно было, как желваки ходили на щеках у Ильи, когда он думал, что она на него не смотрит.

Аркадий вскоре ушёл, сославшись на службу, и попросил приютить до утра Илью. «Да хоть навсегда», – чуть не вырвалось у Светланы, но она с видимым усилием сдержалась.