Туркестан

Скоро там не останется места для арестованных… А Скобеев с Лыковым отправились на Джаркучинскую, где во дворе положили труп застреленного неизвестного. В его карманах отыскались динамитный патрон и фитиль Бикфорда. Видимо, смерть была уготована всем обитателям дома в переулке Двенадцать Тополей… Городовые пошли по махалля, вызывали илик-баши на опознание. Приходили заспанные сарты, смотрели на тело. А Лыков с полицмейстером смотрели на них. Алексей сидел, качался, как припадочный, и думал: а ведь должна была быть особенная ночь. И вот… вот такая вышла ночь… Наконец под утро пятидесятник махалля Пчакчи дрогнул под взглядами сыщиков.

– Знаешь его? – сразу вцепились они в илик-баши.

– Да, – нехотя признался сарт. – Его зовут Джабар, он служит в охране шейха Абду Вахад Ходжи Сеидова.

Так Алексей впервые услышал имя ишана. Не прошло и двух часов, как то же имя назвал Закаменный. Он вызвал начальство запиской на постоялый двор Полыгалова и там сообщил важные сведения. Исламкуль действительно в городе! Он командует охраной ишана Ходжи Сеидова и скрывается в его доме. А дом этот никакой не дом, а настоящий бастион, хоть и из глины. Расположен он возле мечети Караташ, обнесен высоким дуваном. Сколько внутри народу, никто не знает.

Полицмейстер выдал агенту пятьдесят рублей, поблагодарил и отпустил. Сыщики вернулись в управление полиции. Иван Осипович делал все машинально, без прежней энергии. Но наконец он стряхнул с себя тоску.

– Алексей Николаевич! Приближаемся к разгадке.

– Да? Тогда расскажите мне об этом шейхе. Вы что-то уже имели на него?

– Напрямую нет. Так, слухи… А слухов в Ташкенте всегда много. И некоторые распускают намеренно, чтобы ввести власти в заблуждение. Поэтому я не очень верил.

– Теперь они получили подтверждение. Итак, Абду Вахад Сеидов. Помните, я говорил, что в городе живут шестьдесят ишанов и все вроде как востребованы?

– Ишан – это духовный наставник, вероучитель. Ему полагается делать подарки. Благодаря этому обычаю все ишаны становятся обеспеченными людьми. Но у кого-то больше учеников, у кого-то меньше! Есть популярные и не очень. А самым авторитетным из всех был Абдул Касым-хан. Который остудил палаческий пыл барона Вревского.

– Да, два года назад. Касым-хан имел огромное, просто неисчислимое количество мюридов. И собрал за свою жизнь богатства, не поддающиеся даже приблизительной оценке. Миллионы, там были миллионы! Вдруг в ноябре позапрошлого года ишан скоропостижно умирает.

– Капиталы переходят по наследству, – пояснил Скобеев.

– Место ишана передается его детям?

– Нет. Оно наследуется хальфой. Хальфа – это помощник ишана, старший ученик и будущий ишан.