Забытая федерация

Немного заревновал.

– Привет, у него, по-моему, вообще болезнь, он никогда сообщения не читает.

– Ой, извините, я думал, что он один. Я это, пойду тогда. Как освободишься – напиши.

– Стоять, – командным голосом сказала Остроухая. – Пойдем с нами поужинаем, я хоть с друзьями Льоша пообщаюсь.

– Кого? Леши… – поправил я.

– Льошьи… – поправилась Остроухая.

– А кто такой Лешьи и кто такие друзья Лешьи? – просил Гном.

– Ты их все равно не знаешь, – ответил я, – заходи, все равно не отвертишься.

Гном подумывал, что бы придумать, чтобы свалить, но не смог. Пришлось зайти к нам.

– Ну что, партию? Пока ужин готовится, – предложил я.

Мы расставили фигуры и начали играть.

– А ты что пришел-то?

– Сообщения прочитай. И поставь уже на них звук громкий.

Точно. Открываю сообщения. Ого! Двадцать шесть штук.

Десять от Остроухой, эти пришли еще ночью. Четыре от Гнома. Я быстро просмотрел двенадцать сообщений. Девять с просьбой дать интервью. Три приглашения на разные турниры.

– Вот блин. У меня девять приглашений на интервью, оказывается.

– Ну так иди. Там деньжат немного заплатят.

– Ну их, с их деньжатами. Я в тину хочу. Не хочу, чтобы на меня пальцем на каждом углу показывали.

– Так ты сам нарисовался, фиг сотрешь.

Гном закрылся конем.

– Я тебе сообщение написал, читал их?

– Да ты прикалываешься, что ли?

Я открыл переписку. Если убрать все матюки и нецензурщину на то, что я не читаю сообщения, то Гном сегодня приглашал на экскурсию на светящиеся рифы. Экскурсия от гостиницы, сбор через пару часов.

Пока я отвлекся на переписку, Гном забрал у меня ферзя за просто так. Все – дальше играть было бессмысленно, я сдался.

– Я на выбывшего. А, так вы сыграли уже? – подошла к нам Остроухая, неся поднос с каким то перекусом.

– Да вот Гном, вечно отвлечет чем-нибудь. А сам выигрывает.

– Так ты не отвлекайся. И вообще – звучит как оправдания.

– Тут Гном экскурсию предлагает.

– Может, дома посидим?

– Дома успеем насидеться, пошли давай.

– Сейчас куратора вызову.

– Какой куратор? Нужно просто согласие поставить, за нами автобус заедет.

– Так бронируй три места.

Автобусом оказалась вполне обзорная платформа-кабриолет, на двадцать мест. Верх при необходимости закрывался прозрачным пластиком. И автобус мог погружаться на глубину, превращаясь в подводную лодку.

Как только зашли в автобус, сразу маленькая девочка слишком громко закричала:

– Мама, смотри, это аграфка, – и показала пальцем на Остроухую.

Сразу весь автобус притих и уставился на нас. Мама, конечно, начала воспитывать дочь: мол, некрасиво. Но тут уже в полной тишине раздался шепот:

– Эй, смотри, это же тот чувак, который Дена побил.

– Да не, не похож. Хотя… точно он.

Остроухая села рядом со мной и, обняв, положила голову мне на плечо.