Закат в Лиссабоне

Но еще большим оскорблением, которое нельзя простить никогда, к она посчитает то, что он не пришел к ней сегодня ночью.

В три часа ночи в штабе появились руководители Всемирной организации здравоохранения, потребовавшие объяснений. Объяснять пришлось комиссару лиссабонской полиции и представителю Интерпола. Дронго терпеливо ждал. В половине четвертого сообщили, что процедуру прошли все европейские делегаты, в том числе и румынский.

Тишкин, испытывая жуткое напряжение, выпил пять или шесть чашек кофе. Ему казалось, что сегодня он принимает участие в caмой громкой операции за всю свою жизнь. В четыре утра доложили, что в двух соседних отелях проверка закончена и нигде не удалось обнаружить человека, похожего на «Сервала». Почти тут же сообщили, что среди прошедших проверку делегатов был и вьетнамец Тху Бон.

— Мы ничего не добьемся. Так мы «Сервала» не найдем, — сказал Дронго. — Он профессионал. Проверка проводится с привлечением таких сил, что он давно должен был исчезнуть из отеля.

— У нас приказ, — ответил ди Маседу.

Ему было сорок пять. Дронго разглядывал его глубоко посаженные серые глаза, темные волосы, крючковатый нос и думал: «Очевидно, среди его предков были и африканцы, и испанцы, и другие европейцы, от которых он унаследовал такой светлый цвет глаз».

— Ты же умный человек, — сказал он, — разве можно подобным образом ловить профессионального террориста? Такая операция не может дать никаких результатов.

— Полиция сумела идентифицировать отпечатки его пальцев, — напомнил ди Маседу. — Мы будем здесь, пока не найдем негодяя. Ты же знаешь, как сейчас борются с террористами. Если мы обезвредим его здесь, в Лиссабоне, то сделаем Португалию главной в борьбе с терроризмом в Европе. Когда еще к нам пожалует такой «специалист»! Перед чемпионатом Европы наши очень опасаются возможных террористических актов. 

Дронго вздохнул, посмотрев на часы. В отличие от всех остальных он не курил. И не любил пить кофе. Поэтому теперь ему приходилось разговаривать с ди Маседу в клубах чужого дыма и потягивать минеральную воду. В пятом часу утра доложили, что некоторых делегатов не оказалось в их номерах. И почти сразу сообщили фамилии отсутствующих. Дронго взглянул на список и сразу нахмурился. Там значились только две фамилии. Асплунд стоял первым. «Какой же из них настоящий?» — подумал Дронго. Если к утру Асплунда не найдут, придется проверять все, связанное с этими братьями.

Вторая фамилия его уже не удивила. Ким Сен. «Кажется, в Корее каждый второй ходит под именем Ким, — усмехнулся про себя Дронго. — Ну и куда пропал этот загадочный кореец? И почему именно эти двое, вызывавшие наибольшее подозрение, отсутствуют в своих номерах?»

Он не успел продумать эту мысль до конца. В комнату вошла Зулмира.