Закат в Лиссабоне

— У меня такое ощущение, что мы с вами уже встречались, — сказала женщина.

— Обычно так начинают знакомство мужчины, — пояснил он. — Возможно, мы виделись на предыдущих конференциях, хотя я в них участвовал только в качестве гостя. — Он сказал это намеренно. С одной стороны, гостей не регистрировали на официальных сайтах, а с другой — такое сообщение было гарантией его возможного алиби.

Но женщина улыбнулась и покачала головой, не приняв его подсказки.

— Нет, — сказала она, — я никогда не бывала раньше на подобных мероприятиях. Этот конгресс для меня первый.

— И вы впервые в Лиссабоне? — улыбнулся Дронго.

— Нет, — снова не приняла его подсказки женщина, — я хорошо знаю Лиссабон, бывала здесь несколько раз в детстве. У меня отец бразилец, и все его предки родом из Лиссабона.

— Вы бразильянка? — спросил Дронго.

— Нет, — в третий раз не согласилась она. — Только по отцу, и то наполовину. Его мать была из Родезии, так тогда называли нашу страну. Она происходила из идебеле, это одна из основных народностей, населявших страну еще в древности. А моя мать англичанка по отцу и голландка по матери.

— Прекрасная наследственность, — сказал Дронго. — Но я боюсь задать вам еще какой- нибудь вопрос, чтобы не услышать в четвертый раз «нет». Вас зовут…

— Зулмира Машаду, — ответила женщина, чуть улыбнувшись. — Почему вы не носите свою регистрационную карточку?

— Ношу, но в кармане. — Дронго достал карточку и протянул ее женщине.

Она прочла его имя и фамилию:

— Очень приятно. Никогда не бывала в ваших местах. Вы с Кавказа? Говорят, у вас очень красиво.

— Так же, как и у вас в Зимбабве. — Название страны он прочел на ее карточке. — Я думал, что в вашей стране уже не осталось белых. Извините меня за откровенность.

— Да, — тихо согласилась Зулмира, — это большая проблема. Но родословная моей бабушки позволяет мне все еще оставаться в Зимбабве и представлять ее интересы в такой солидной организации, как наша.

— В таком случае я должен лично поблагодарить вашу бабушку за ваш приезд в Лиссабон, — пошутил Дронго.

— Боюсь, что это невозможно. Она умерла, когда мне было пятнадцать лет.

— Очень сожалею. Вы остановились в этом отеле?

— Да. Здесь поселили почти всех участников конгресса. По-моему, здесь неплохо.  Нам обещали интересные экскурсии.

— Очень хорошо, — улыбнулся Дронго. — 3начит, я просто обязан находиться рядом с вами. Ведь вы, должно быть, знаете не толькo английский, но и португальский — язык вашего отца.

— А еще голландский и немецкий, — рассмеялась женщина.

У нее были красивые ровные зубы. И, несмотря на очень высокий рост Дронго, она, стоя рядом, доставала головой почти до его подбородка. «Такая женщина могла бы участвовать в конкурсах красоты, — подумал он.