Камень. Книга 4

— А теперь представь, с какими чувствами ты чуть позже ей этот подарок дарить будешь. Вина-то никуда не денется. Вот так, Лешка, понемножку, по чуть-чуть, небыстро, но уверенно эта твоя Шереметьева и займет свое заслуженное место в твоей жизни. А там и до свадебки недалеко! — он вовсю ухмылялся.

— Все! Хватит! — нахмурился я. — Зачем ты мне все это рассказываешь, Прохор?

— Чтоб у тебя, Лешка, в мыслительном процессе не эмоции преобладали, а логика. — воспитатель опять стал серьезен. — И чтобы ты вот такие манипуляции в отношении себя враз просекал, а не велся на них, как телок молодой.

И постоянно задавал себе один простой вопрос, о котором я тебе и раньше говорил: «Зачем он или она так поступили?»

— Так же свихнуться можно! — вздохнул я.

— Привыкнешь со временем. — отмахнулся Прохор. — На автомате будет все работать. Спасибо потом мне за науку скажешь. — и без всякого перехода. — Что у нас сегодня с Дворцовыми? Штурм особняка планируется? — он подмигнул мне.

— А лекция по тактике? — напомнил я ему.

— Иди переоденься, и будет тебе лекция, Лешка.

Через пятнадцать минут я вернулся к ожидавшему меня в гостиной Прохору.

— Так, Алексей, — начал воспитатель, — у нас с тобой два варианта действий. Первый: ты действуешь во главе некого подразделения, основная функция которого — подбор за тобой. Как на тренировках у Волкодавов и вашего с Борисычем похода к Дашковым. Тут тебе боевой опыт нарабатывать придется самостоятельно, исходя из собственного ощущения силы и ее возможностей, а я могу только подсказывать кое-какие моменты и участвовать в разборе операций. Сейчас же хочу заострить свое внимание на варианте номер два, который на сегодняшний день для тебя мне кажется более правильным и эффективным — это тот вариант, по которому мы работали с Иваном.

Да и ты уже успел. — Прохор усмехнулся. — Я имею ввиду школьный спортзал и совместные операции с полицией. Понял, о чем идет речь, Лешка?

— Понял. — протянул я. — Фактически, ударной силой подразделения буду не я, а остальные бойцы. Моя же роль сведется к тотальному ментальному контролю за бойцами противника и выведением их из строя на этом самом ментальном уровне?

— Именно. — кивнул воспитатель. — Вплоть до их полного уничтожения. На ментальном уровне.

Мы с Иваном так и работали, дополняя и прикрывая друг друга, но я всегда во время операции был в авангарде, а при отходе — в арьергарде. В твоей же ситуации, Лешка, — Прохор улыбался, — роль арьергарда подразделения при завершении операции, скорей всего, придется исполнять тебе. Да и эти термины, авангард с арьергардом, в ситуации с этой колдунской спецификой не очень применимы.

— И буду я постоянно в тылу сидеть? — расстроился я. — И только при отходе прикрывать?"

"— Пока в свою полную силу не войдешь.