Анжелика. Путь в Версаль

Она оставила Анжелику и пошла навстречу вновь прибывшим дамам.

Анжелика села на бархатную банкетку. Как во сне она расслышала среди приветствий резкий голос своей сестры. Тот же голос, что когда-то кричал: «Пошла прочь! Убирайся!»

Анжелика отстранилась от воспоминаний, как советовала Нинон, и постаралась забыть этот крик.

Через некоторое время она осмелилась поднять голову и оглядела гостиную. Анжелика увидела Ортанс, в прекрасном платье из темно-красной тафты. Она еще больше похудела и подурнела, насколько это было возможно, но была хорошо накрашена и причесана. В ответ на ее слова, произнесенные резким голосом, раздался смех. Похоже, она была в ударе.

Нинон взяла ее за руку и подвела к Анжелике:

– Дорогая Ортанс, вы давно хотели познакомиться с мадам Моран. Я приготовила вам этот сюрприз. Вот она.

У Анжелики не осталось возможности избежать встречи. Совсем близко от себя она увидела сладкую приветливую улыбочку на ненавистном лице Ортанс.

– Здравствуй, Ортанс, – произнесла она совершенно спокойно.

Нинон с минуту наблюдала за ними, потом отошла.

Мадам Фалло де Сансе вздрогнула. Ее булавочные глазки расширились, лицо пожелтело.

– Анжелика! – выдохнула она.

– Да, это я. Садись, дорогая Ортанс… Что это ты так удивляешься? Ты и вправду думала, что я умерла?

– Вот именно! – оживившись, резко отвечала Ортанс.

Она, как кинжал, сжимала веер. Лоб нахмурен, рот скривился. Анжелика видела прежнюю сестру.

«Как же она безобразна! Как отвратительна!» – подумала она с прежним детским ликованием.

– И позволь уверить тебя, – резко продолжала Ортанс, – что, по мнению всей семьи, лучшее, что ты могла бы сделать, – это умереть.

– На этот счет у меня иное мнение.

– И очень жаль. Как мы теперь будем выглядеть? Только сейчас начали затихать отголоски этого ужасного дела. Мы с таким трудом заставили свет позабыть, что ты принадлежишь к нашей семье, и вот ты вновь возникаешь, чтобы вредить нам!

– Ортанс, если это тебя пугает, то успокойся, – грустно ответила Анжелика. – Графиня де Пейрак никогда не возродится. Отныне я известна под именем мадам Моран.

Но это не успокоило жену прокурора.

– Так, значит, это ты мадам Моран? Оригиналка, ведущая скандальную жизнь. Женщина, занимающаяся коммерцией, как мужчина или как какая-нибудь вдова булочника. Ты, значит, будешь оригинальничать, чтобы нас бесчестить! Подумать только, что в Париже лишь одна женщина продает шоколад, и это моя собственная сестра!..

Анжелика пожала плечами. Стенания Ортанс ее не трогали.

– Ортанс, – попросила она, меняя тему разговора, – расскажи мне о детях.

Мадам Фалло вдруг замолчала и озадаченно посмотрела на сестру.

– Ну да, о моих детях, – повторила Анжелика – О моих сыновьях, которых я у тебя оставила, когда меня отовсюду выгнали.