Анжелика. Путь в Версаль

Он помолчал, потом сказал:

– Она укрылась пока у меня. Я дал ей отдохнуть, однако, учитывая природу ее болезни, мне понадобились женский опыт и женский совет. И я подумал о тебе.

– Правильно сделал. Что с ней?

– Она потеряла много крови. Думаю, неудачный аборт.

Анжелика осмотрела сестру. Движения ее были по-матерински точными и спорыми, она наверняка знала толк в лечении. Кровотечение было несильным, но продолжительным.

– Надо как можно скорее остановить кровь, иначе она умрет.

– Я подумал о том, чтобы позвать врача, но…

– Врача!.. Он пустит ей кровь, и это погубит ее окончательно.

– К несчастью, я не могу привести сюда повитуху: они все ужасно любопытны и охочи до сплетен. Наш устав хоть и свободен, но достаточно строг. Меня никто не осудит, если я буду втайне ухаживать за больной сестрой, но мне следует избегать огласки и сплетен. И для меня затруднительно лечить ее здесь, ведь это здание принадлежит семинарии… Ты должна меня понять…

– Как только ей окажут помощь, я перевезу ее к себе. А пока надо срочно послать за Большим Матье.

Четверть часа спустя Флипо мчался к Новому мосту, свистя на ходу, чтобы нищие его узнавали. Анжелика уже обращалась к Большому Матье, когда Флоримона зацепило каретой, и знала, что у знахаря есть чудодейственное средство, чтобы останавливать кровь. А еще он умел, когда его вызывали, укутываться в плащ, неотличимый по цвету от стенки, и держать язык за зубами.

Большой Матье явился быстро и осмотрел больную проворно и энергично, как и подобало опытному практику. При этом он, по обыкновению, ворчал:

– Ах, юная дама, отчего же вы не пользуетесь электуариями целомудрия, которые Большой Матье продает у Нового моста? Они готовятся из камфары, лакрицы, виноградных косточек и цветов водяной лилии. Достаточно принять утром и вечером два-три драже и запить их стаканом молочной сыворотки, предварительно окунув туда кусочек раскаленного железа, чтобы обуздать излишний жар Венеры, за который приходится так дорого платить…

Но бедняжка Мари-Агнес не могла услышать эти запоздалые рекомендации. Щеки ее ввалились, под глазами залегли лиловые тени, и лицо в обрамлении густых черных волос казалось безжизненной восковой маской.

Прошло немного времени, и Анжелика с облегчением увидела, что кровотечение прекратилось и щеки сестры чуть-чуть порозовели.

Большой Матье ушел, оставив Анжелике целебный настой из трав, который больная должна была пить каждый час, «чтобы восстановить потерянную кровь».

Он посоветовал несколько часов не трогать Мари-Агнес и никуда не перевозить.

Когда он уехал, Анжелика присела к небольшому столу. Стоявшее на нем распятие отбрасывало на стену огромную тень. Вскоре вошел Раймон и уселся по другую сторону стола.