Анжелика. Путь в Версаль

Но какой страх может заставить этого Марса склонить голову?

– Вон мадам де Монтеспан, – сказал Филипп, – со своей сестрой-аббатисой и мадам де Тианж. Вот уж поистине лучезарные создания.

– А я думала, мадам де Монтеспан в Руссильоне. Она умоляла мужа взять ее с собой, чтобы здесь ее не замучили кредиторы.

– Ну, судя по убранству ее кареты, кредиторы сжалились. Вы заметили, какой бархат? Но почему черный? Какой-то зловещий цвет.

– Семейство Монтеспан в трауре по случаю кончины матери.

– У них нестрогий траур. Вчера мадам де Монтеспан танцевала в Версале. Это был первый бал во дворце после смерти королевы-матери. Король пригласил мадам де Монтеспан.

Анжелике пришлось сделать над собой усилие, чтобы спросить, означает ли это, что отставка мадемуазель де Лавальер не за горами. Она не выносила светской болтовни, и ей было абсолютно безразлично, обзаведется ли господин де Монтеспан рогами и станет ли ее удачливая приятельница любовницей короля.

– С вами раскланялся принц, – снова раздался голос Филиппа.

Из окна своей кареты принц Конде приветствовал ее, повертев в воздухе тростью. Она в ответ помахала веером.

– Похоже, вы единственная из дам, кого монсеньор еще удостаивает этой любезности, – отметил маркиз с легкой усмешкой, и было непонятно, издевается он или восхищается. – После смерти сердечной подруги мадемуазель де Вижан он поклялся, что отныне ему ничего не нужно от женщин, кроме плотских утех. Он сам мне рассказал по секрету. Интересно, что же ему было нужно раньше?

И он деликатно зевнул.

– Принцу вообще нужно только одно: получить пост командующего. С тех пор как стало известно, что идеи военной кампании носятся в воздухе, он не пропускает ни одной партии с королем и все проигрыши оплачивает золотом.

– Какой героизм! – усмехнулась Анжелика, которую скучающий, жеманный тон Филиппа начал выводить из себя. – Интересно, до каких пределов способен дойти этот блестящий царедворец, чтобы добиться королевских милостей?.. Подумать только, а ведь было время, когда он пытался отравить короля и его брата!

– Что вы такое говорите, мадам! – возмущенно запротестовал Филипп. – То, что принц участвовал в мятеже против Мазарини, он и сам не отрицает. Ненависть заставила его зайти в этом деле дальше, чем он хотел. Но мысль посягнуть на жизнь короля никогда не пришла бы ему в голову. Воистину женщины склонны к необдуманным предположениям!

– Не стройте из себя святую невинность, Филипп. Вы не хуже меня знаете, что это правда, потому что заговор плели в вашем же замке.

Воцарилось молчание, и Анжелика поняла, что попала в цель.

– Вы с ума сошли! – сказал Филипп не своим голосом.

Анжелика быстро повернулась к нему.