Белые ночи с Херувимом

Тогда все обошлось, Катя взяла отпуск и провела его у маминой постели. Потом перевезла маму к себе. С Олегом они виделись редко, приходить к ней в мамином присутствии Катя ему запретила. Они встречались по чужим квартирам и дачам, один раз в его машине, после чего Катю тошнило неделю, как будто съела что-то несвежее. О разводе он, понятное дело, больше не заговаривал, но по Кате непритворно скучал. А она отдалась заботам о маме, да еще предложили работу в петербургской фирме. Очень удобно – денег гораздо больше и не нужно ездить в офис, оставляя маму одну на целый день. Так и сошла потихоньку Катина любовь на нет. А потом та же вездесущая сотрудница, теперь уже бывшая, забежала к Кате на огонек и между делом сообщила, что Олега видели в новом ночном клубе с молодой девицей. Немного вульгарна, ноги коротковаты, голос визгливый, и всех достоинств, что молодая, едва за двадцать… Вот так вот.

Катя сама удивилась, до чего спокойно восприняла эту новость.

Вот и сейчас, вспомнив, сердце не дрогнуло. Что было, как говорится, то было. И быльем поросло.

Она поглядела в окно. Фонари светили не так ярко, занимался рассвет. Это хорошо, через часик и вставать можно.

С утра я погуляла с Бонни. На этот раз обошлось без приключений – мой красавец не подрался ни с одной собакой и не встретил ни одной достойной внимания кошки. По этому поводу он возвращался с прогулки без подлинного удовлетворения. Примирило его с жизнью только то, что я отвела его к дяде Васе. Пускай пообщаются, поговорят о жизни, помастерят модельки. Вдвоем им будет веселее, а я пока пробегусь по магазинам.

Однако уйти я не успела.

Едва мы с Бонни пришли к дяде Васе, едва Бонни радостно облизал шефа, а я навела в прихожей порядок после этой шумной и небезопасной процедуры, как в дверь позвонили. Я заглянула в глазок и на этот раз узнала нашу клиентку.

Выглядела госпожа Русланова, прямо скажем, не блестяще. В прошлый раз все было у нее с внешностью в порядке – вполне приличная молодая женщина, стройная фигура, чуть угловата, но ей не на сцене танцевать. С лицом опять же все в порядке – лицо как лицо, никаких бросающихся в глаза недостатков. В глазах озабоченность и грусть, губы давно разучились улыбаться, но, во-первых, она сказала, что недавно потеряла мать, а во-вторых, у нее в квартире черт-те что творится. Собственно, и обратилась она к нам с этим вопросом.

Нынче же Катя выглядела гораздо хуже. То есть не то чтобы волосы не расчесаны и накрашен всего один глаз, такого не было, врать не стану, но лицо бледное, свитерок серенький, неприметный, сумка расстегнута, и руки дрожат. Сразу видно, у человека неприятности.

– Что случилось? – вырвалось у меня.

Я тут же прикусила язык – совершенно незачем спрашивать такие вещи на лестнице.