Белые ночи с Херувимом

 – Это хорошо, если с чистой совестью! И на свободу – это тоже хорошо, только не всегда получается!

На этот раз голос его казался вовсе не пьяным, но Лариса Прокофьевна не придала этому большого значения – некоторые люди в процессе опьянения проходят разные этапы…

– Лариса! – каким-то странным голосом проговорил за ее спиной Семен Ильич.

– В самом деле, подписывайте – и дело с концом! – повторила женщина нетерпеливо.

– Лариса! – повторил Ривкин и выразительно кашлянул, чтобы привлечь ее внимание.

– Что ты все кашляешь? – раздраженно спросила Лариса Прокофьевна, поворачиваясь к сообщнику. – Простудился, что ли? Нужно наконец закончить дело…

– Лариса, посмотри! – напряженным голосом проговорил Семен Ильич и показал на стены кабинета.

Стены эти были увешаны фотографиями Василия Макаровича. На всех этих фотографиях он был в милицейской форме, среди таких же, как он, стражей порядка. Он был запечатлен рядом с арестованными рецидивистами, рядом с большими милицейскими начальниками и даже рядом с губернатором.

А на самом видном месте, посреди стены, красовалась лицензия частного детектива. И рядом с ней – почетная грамота, а также указ об объявлении благодарностей и еще много всего.

– Эт-та чего? – От потрясения Лариса забыла о приличных манерах, и речь ее стала вульгарной, а голос визгливым.

– Того! – передразнил ее Ривкин. – Долго думала, когда такого клиента нашла? Жирный, говоришь, карась, дурак и полный лох? Да он мент!

– Бывший, – кротко подтвердил дядя Вася. – В данное время – частный детектив.

– Что же ты, мент поганый, передо мной ваньку валял? – прошипела Лариса. – Бедным пенсионером притворялся?

– А я и есть пенсионер! – Дядя Вася пожал плечами. – А про остальное вы не спрашивали. А теперь, господа хорошие, придется поговорить! Я вас за этим сюда и заманил. Жду ответов на свои вопросы, в противном случае придется передать вас компетентным органам.

– Это на основании чего же? – прищурился Ривкин.

– На основании того, что вы собирались самым мошенническим образом лишить меня законной жилплощади! – И Василий Макарович потряс липовым договором.

– Это? – Ривкин добродушно рассмеялся. – Да я вас умоляю! Это бумажки, а пришли мы к вам по вашему же приглашению! Мало ли что мы там собирались, мы же ничего не сделали! А на нет, как говорится, и суда нет!

– Семен Ильич, да что вы его слушаете! – нервно взвизгнула Лариса Прокофьевна и, ловко обойдя Куликова, бросилась к дверям. – Все, вы как хотите, а я ухожу! И ноги моей больше в этом доме не будет! Я думала, здесь живет приличный человек…

– И я с вами! – подхватил ее подельник и устремился следом.

Василий Макарович держался удивительно спокойно.