Дед Снегур и Морозочка

– Говорила тебе, – пригорюнилась Альбина, – злиться она будет.

– По-моему, Вера Кирилловна не выразила недовольства, – не согласилась я.

Альбина громко вздохнула и загремела посудой, я примолкла и не произнесла ни звука до того момента, пока сверху не прозвучало:

– Добрый день или вечер.

Я задрала голову. Хозяйка снова спускалась по лестнице. За короткий срок Вера Кирилловна ухитрилась измениться до неузнаваемости: на ней теперь ладно сидели узкие черные брючки, ярко-красный пуловер, а на голове магическим образом отросли красиво уложенные белокурые локоны. Если парик очень шел даме, то со свитером она просчиталась, «пожарный» цвет подчеркивал желтизну кожи, темные круги под глазами, привлекал внимание к морщинам, Вера Кирилловна не успела наложить макияж.

– Когда валяешься больше суток с мигренью, – завела беседу вдова, – перестаешь понимать, который час и день. Хорошо хоть я месяц помню. Декабрь.

– Не наговаривайте на себя, – подала голос Альбина, – память у вас лучше моей!

– Думаешь, если подлижешься ко мне, я не стану тебя ругать? – прищурилась хозяйка. – Выставила меня лахудрой перед гостьей. Простите, Танечка, я очень вам рада, но, к сожалению, я уже давно не в том возрасте, который позволяет показываться людям, вскочив с кровати. Увы, чем старше становишься, тем больше ухищрений следует применять, чтобы достойно выглядеть.

– И вам это с блеском удается, – сделала я Вере Кирилловне комплимент и, кстати, почти не покривила душой.

Фигуре пожилой дамы позавидуют многие девушки, волосы сейчас выпадают и у тридцатилетних, а лицо можно легко загримировать. При специальном освещении пожилая актриса запросто может сыграть роль одной из чеховских сестер.

Вера Кирилловна погрозила мне пальцем.

– Ай-ай, нехорошо обманывать. Что за причина привела вас в мой дом?

– Увы, я принесла очень плохие вести.

Вера Кирилловна села в кресло и внезапно воскликнула:

– Иван Николаевич? Где мой кот?

– Мяу, мррр, – донеслось из коридора.

Старуха прижала руки к груди.

– Фу, я очень боюсь его потерять. Танечка, после пережитого мною за последние часы ужаса никакое известие не покажется мне ужасным. Говорите.

Я набрала в грудь побольше воздуха и выпалила:

Вера Кирилловна вцепилась в ручки кресла и повторила:

– Да, – подтвердила я, – сердечный приступ.

– Это точно? – поинтересовалась свекровь. – Ошибки нет?

– Нет, – с сожалением ответила я.

– Слава богу! – закричала Вера Кирилловна. – Господи, спасибо! Услышал мои молитвы.

Альбина уронила на пол корзиночку с печеньем, и хозяйка опомнилась.

– То есть, я хотела сказать, какая трагедия! Бедная девочка!

– Охо-хо, – закряхтела домработница, подбирая галеты.

– Немедленно уходи к себе, – приказала Вера Кирилловна.