Девочка-лед

— Давай повешу, — отбирает мою старую куртку Данька. — Проходи. Паштет, чай Аленке организуй! Или какао, ты что хочешь? На вот тапочки.

— Какао, если можно, — благодарю и смущенно улыбаюсь.

Уже спустя минуту, Пашка ставит передо мной чудесный горячий напиток. Как в рекламе про зайца Несквик. Ульянка его обожает.

На сердце кошки скребут. Скорей бы уже увидеться. Да и болеет. Переживаю. Хоть срывайся в Бобрино, да нельзя ведь, сама много пропустила. За голову хватаюсь сколько всего нужно нагнать. И это притом, что в больнице я старалась заниматься самостоятельно.

— Рассказывай, Алешка, как себя чувствуешь? — толкая меня локтем, спрашивает Паша.

— Да неплохо вроде, спасибо.

— А чего такая… бледная? Как поганка!

— Будто моя кожа когда-то имела другой оттенок, — отмахиваюсь от него я. — На Карибах не бываю…

— И худая. Гляди, почти прозрачная! — восклицает, хватая меня двумя пальцами за запястье.

— Паш, ну хватит, — прошу, снова чувствуя смущение.

— Ален, а это, — мнется Аверин, почесывая затылок. — Дома-то как?

— Нормально, — пожимаю плечами.

— Ален, а твоя мама… Она давно пьет? Просто ты не рассказывала…

Не рассказывала, конечно.

Это не то, чем хочется делиться. Пусть даже и с лучшими друзьями.

— Давно, Дань. Только я не хочу на эту тему говорить, хорошо? — поднимаю на него полный мольбы взгляд.

— Ты кушай, Ален, — кивает он, пододвигая тарелку с дивно пахнущими эклерами, которые отчего-то сейчас вообще не вызывают у меня интереса.

— Очень красивые чашки, — разглядывая белоснежный диковинный сервиз, замечаю я.

— Ага, фарфор. Мать любит. Целый склад коробок в кладовке, ей богу!

— Как ты вообще живешь тут? — поигрывая крышкой от сахарницы, осведомляется Аверин.

Данька предусмотрительно отбирает у него предмет, который по закону подлости, Паша обязательно разобьет. С вероятностью в девяносто девять процентов. Всегда так происходит. Он у нас по натуре разрушитель.

— Не ну правда, Князь. У меня ощущение, что я, как минимум, на приеме у английской королевы! — хохочет Пашка, уворачиваясь от оплеухи друга.

В чем-то Аверин прав. Очень уж тут все вычурно. Европейский стиль. Деревянная резная мебель с изогнутыми ножками. Стены в гостиной обиты шелком. Торшеры с подвесками из хрусталя, канделябры и старые зеркала с позолотой.

Повсюду фарфоровые статуэтки и вазы. Прямиком из Китая, по словам Князева. Есть здесь даже камин, отделанный натуральным камнем. А потолок? Это ж и вовсе произведение искусства, с фресками удивительной красоты. В общем, роскошно и изысканно.

Стоит, наверное, сказать, что родители у Данилы — интеллигенты. Отец — заслуженный врач, мать — доктор исторических наук. Семья у друга довольно обеспеченная, ведь предки Князевых в свое время сколотили целое состояние.