Гребень Маты Хари

– Но вы офицер, господин Леру! Вы французский офицер! Вы не можете так жестоко обращаться с женщиной! Представьте, каково мне в этой грязи!

– Ладно, так и быть, – майор поморщился, – кусок мыла я прикажу вам передать.

– Благодарю вас, – женщина опустила глаза, – если можно, пусть это будет фиалковое мыло Коти. И еще одно… пожалуйста, верните мне мой гребень…

– Гребень? – Майор удивленно поднял брови. – О чем вы говорите? Какой гребень?

– Тот, что вы конфисковали при аресте. Простой гребешок с тремя цветными стеклышками.

– Я не знаю, где он.

– Но господин Леру, я вас умоляю… ведь вы офицер, французский офицер…

– Зачем вам этот гребень? Я распоряжусь, чтобы вам принесли другую расческу.

– Нет, господин майор, мне нужен именно этот гребень! Я очень прошу вас…

– Ничего вам не обещаю. Я могу лишь обещать вам, что ваши мучения скоро завершатся.

– Да, ваш приговор очень скоро будет приведен в исполнение.

– Не более чем через неделю.

И снова Маргарита вспомнила хрустальный шар уличной гадалки, вспомнила возникавшие в нем картины… последней была лужайка перед крепостной стеной, и десять солдат с заряженными винтовками, и офицер с перчаткой в руке…

И она, Маргарита Мак Леод, стоит перед строем солдат, беззащитная и жалкая…

Маргарита снова осталась одна. Одна в сырости и темноте тюремной камеры, один на один с ожиданием неминуемой смерти, которая с каждым часом становилась все ближе, все реальнее, все неотвратимее…

Краем глаза она заметила вкрадчивое движение в углу камеры и вспомнила, что она здесь не совсем одна. Там, в этом углу, жил ее сокамерник, ее товарищ по заключению – большой паук с черным крестом на спине.

Паук жил здесь до нее, он останется и когда ее не станет. Эта камера – его дом. Именно он ее настоящий хозяин, ее постоянный обитатель. Он занят своим бесконечным делом – плетет и плетет паутину, а потом сидит в укромном углу и ждет, когда в эту паутину попадется какое-нибудь неосторожное насекомое.

Маргарита вспомнила того человека, который виновен в ее несчастьях… полковника Николаи. Как этот паук, он сидит где-то в укромном месте, раскинув свою паутину по всей Европе, и ждет, когда в эту паутину попадется доверчивая и легкомысленная душа вроде нее, вроде Греши Мак Леод…

Маргарита встрепенулась, вскочила с койки. Ей вдруг пришло в голову, что это пришел какой-то вестник, что он принес указ о помиловании от президента.

Но это был всего лишь ее импресарио, месье Гастон. Впрочем, посланцы судьбы иной раз принимают самые невзрачные, самые обыденные обличья.

– Ты видел Жоржа? Ты с ним говорил? Ты передал ему, что я хочу его видеть?

– Извини, дорогая, но Жорж куда-то уехал. Никто не знает куда. Во всяком случае, его нет в Париже.