Гридень 6. Собиратель земель

Каждый мужчина в моих землях должен знать, с какой стороны держать копье и как перезарядить самострел. На большее я и не рассчитываю, хотя путь в ратники открыт любому, были бы предпосылки, характер и желание.

Красиво все звучит, но я понимаю, насколько будет сложным осуществление замысла. Я очень рассчитываю на то, что мои записи, зовущиеся «учебниками», помогут. Может, придется устраивать Ланкастерскую школу, это когда ученики, усвоившие материал, обучают тех, кто отстает. Так сильно сокращается потребность в наставниках, однако, ухудшается уровень образования. Но мне же не нужны гении. Для развития науки будет Академия, ну, и православный Затвор-семинария. Вторая больше станет развивать теорию и практику православия. Мне важнее квалифицированные работники.

Нужен печатный станок. И я создам его в ближайшее время. Раньше, при отсутствии достаточного количества писчего материала, думать о печати было преждевременно. Сейчас же я понимаю, что опаздываю с этим. И я видел когда-то тот самый печатный станок, в той же поездке, где и технологию производства бумаги подсмотрел, в прошлой жизни, разумеется.

Три дня я был с семьей. Я потребовал, чтобы никто не беспокоил. Веснян, ставший моим главным рындой-телохранителем, отворачивал всех просителей. Встречи все равно были, но, как говорится, не только без галстуков, но и без портков. В бане пьянствовали.

Прибыл Алексей, отчитавшийся, что его жена готовится принять постриг, а ему жену бы, уже третью, а то с дитем сам не разберется. Боброк был тут же, у него также ребенок, дочка родилась. Озадаченный отец даже спрашивал меня, кого я вижу женой для своего сына. Смешно, когда дети еще только учатся садиться, а родители уже размышляют о том, как их усадить на свадебный стол. Пришлось перенаправить матримониальные потуги друга в другую сторону. Хотелось бы породниться с кем знатным и полезным для дела.

Приехали и другие приближенные мне люди, и мы… употребляли хмельное. Пили вино, дорогущее, к слову, шлифовали все это пивом и медом. И тогда, на этой пьянке, что началась в бане, а закончилась почему-то в конюшне, где и уснули, я решил изготавливать алкоголь.

Уровень развития кузнечного дела, как и стекольного, позволял создать самогонный агрегат, да не один. А сырья хватало для производства. Еще раньше все было приготовлено, оставалось только соединить детали самогонного аппарата, да научить трех-четырех человек производить дистиллят.

Конструкция была мне известна из детства. И нельзя сказать, что детство было такое, мягко сказать, неправильное. Все было правильно, как у многих тогда. Дед ставил брагу, а после, когда брага подходила, они с батей в подвале дедовской хрущевки гнали «продукт». Экспериментировали еще. Так поступали не только мои родители.