И замок в придачу

Оно будто наталкивало на обещание, услышать которое я пока была не готова. Не хотелось на что-то надеяться. Просто…

Лучше пусть будет, как будет. Сейчас, именно в это мгновение мне было хорошо, и это главное.

Поцелуй получился каким-то неловким, смазанным, отчаянным и детским. Прижавшись к его губам, я замерла, чувствуя, как покраснели даже кончики ушей. Окончательно смутившись оттого, что мне не ответили, хотела было отстраниться, сделать шаг назад, но не успела.

Стиснув меня в объятиях до ощутимой боли, до хруста моих бедных косточек, драконище поцеловал меня так, как никто и никогда. Колкие иголочки мурашек впились в кожу, обволакивая жаром каждый сантиметр тела. Я забыла, как дышать, отвечая на этот поцелуй. Стискивала пальцами его шею, впивалась в короткие волосы. Голова шла кругом, колени ослабли, и, если бы не мужчина, я бы уже наверняка свалилась в снег, но он держал.

Держал, не собираясь меня отпускать.

— Оранжерея или полетаем? — поинтересовались у ничего не соображающей меня с коварной усмешкой, застывшей на очерченных губах. К этому моменту на Рейалине я уже буквально висела.

— Без разницы, — честно призналась я, ощущая себя до невообразимости счастливой.

— М-м-м… — заинтриговалась я, боясь предположить, что это за такие толстые намеки.

— Не м-м-м, а спать. До рассвета не больше часа.

В противовес своим словам до замка меня добросили с ветерком. Расположившись на могучей шее драконища, я прижималась щекой к горячим чешуйкам и испытывала невероятный прилив какого-то почти детского восторга. Вот кто еще может похвастаться, что его катал на себе настоящий дракон?

То-то и оно, что эксклюзив! О котором, правда, не расскажешь, иначе быстро пропишут в палате номер шесть.

Прощались мы долго. Около получаса стояли в коридоре, подпирая дверь моей комнаты, и… разговаривали. Я вспоминала смешные истории, которых, когда ты живешь в общаге, за годы накапливается миллион, а Рейалин рассказывал о том, как учился в драконьей академии.

Что примечательно, и ему, и мне приходилось объяснять значения некоторых слов, но никакой нагрузки в нашу беседу это не привносило. Наоборот, рядом с ним мне было легко. Настолько легко, что время летело незаметно и, если бы не один наглый котяра, призывающий нас к совести, возможно, мы бы так и простояли до утра.

Но котяра был — то и дело влезал со своими нравоучениями, словно комендант, разгоняющий влюбленные парочки по комнатам, так что нам пришлось разойтись, но сразу спать я не отправилась.

— Ну, давай! Скорее, скорее открывай! — вился Айлиан у моих ног, пока я разглядывала корзинку со сладостями. Каким образом она перекочевала из библиотеки в мою комнату, оставалось загадкой, но разноцветная глазурь так и манила попробовать хоть кусочек.