И замок в придачу

— А я-то думала, чего это ты все ворчишь, что спать пора, спать пора. А это ты сам обертку просто открыть не мог, бессовестная ты морда.

— Да что я-то? Что я? Я, может, от чистого сердца беспокоился! Ну что там? Открыла?

Спать мы с Айлианом не легли даже с наступлением нового дня. Все разнообразие иномирных сладостей оказалось не только умопомрачительно вкусным и интересным, но еще и каким-то нескончаемым.

Причем оторваться от корзины не было ни сил, ни желания. До кровати в итоге я доползла кое-как, оставив котяру уничтожать неуничтоженное. По нему, в отличие от меня, даже видно не было, что он сожрал половину содержимого корзины. Действительно бездонный желудок. Я бы с таким котом в нормальной квартире от голода померла. Ну, или он бы меня сжевал, когда основные продукты закончились. Как хорошо, что в Тауршире всегда найдется, что поесть.

Объевшись сладостей, уснула я без задних ног. Даже подсказки, которыми поделился со мной драконище, на доску не записала. Из всего, что удалось узнать, получался не слишком-то красноречивый набор слов, который мог означать что угодно.

«Проклятие, не запрещено, снять, только, согласие…» — эти слова приходили ко мне во сне, врываясь неясными картинами, овеянными плотным туманом, но ни во сне, ни наяву разгадка никак не приходила. Понимала, что должно быть что-то еще, что подскажет, поможет, расставит все по своим местам, но хотелось разобраться с этим проклятием быстрее.

Но это мне хотелось, а судьба, как всегда, внесла в мою веселую жизнь свои коррективы.

— М-м-м… — простонала я, с наслаждением почесывая руку. И ногу. И филей. И… — Мамочки! Это что такое?! — заорала, мгновенно подскакивая в постели.

— А-а-а! — завопил проснувшийся котяра, с грохотом сваливаясь с одеяла прямо на пол.

И вот я его полностью понимала! Кожа на руках и ногах у меня вдруг стала ярко-зеленой.

Я рыдала. Чесалась, поедала завтрак, принесенный Лаурой, и рыдала, запивая его успокоительным. Староста, вызванная мне на помощь, осматривала меня не больше минуты, после чего вынесла неутешительный в наших суровых реалиях вердикт:

А то я сама не знала, что это хворь какая-то. Больше того, я была почти уверена, что так себя проявила аллергия, вызванная, скорее всего, большим количеством съеденных иномирных сладостей.

Помнится, как-то раз я уже страдала от чего-то похожего. Лет семь мне было, когда тетка на Новый год купила себе целый ящик мандаринов, а я до него добралась, пока дома никого не было. Весь ящик и слопала — и как в меня только влезло? — однако этому никто не обрадовался.

Ни тетка, содравшая с мамы всю его стоимость, а то и больше, ни мама, которой пришлось лечить меня от аллергии.

Я тогда целый месяц красивая ходила, а от одного запаха цитрусов мгновенно зеленела.