И замок в придачу

Находясь на территории Тауршира, они не росли, оставаясь новорожденными годами, десятками лет, но стоило кому-то извне вынести их за ворота, как они начинали развиваться так, как им то и полагалось. Они — те единственные, кого проклятие щадило, выпуская наружу в чужих руках, но стоило кому-то из них вернуться и провести здесь ночь, как они попадали под чары, оставаясь заложниками этих земель. Вот тебе и законы магии — голова кругом.

— Так меня отдали на воспитание проезжавшей мимо деревни семье. Здесь редко кто-то бывает, так что мне повезло. Они были хорошими людьми и даже отказывались брать плату за меня. Бедные и гордые. Маркизе, что была здесь до вашей бабушки, удалось убедить их взять золото. Привозя меня к родителям несколько раз в месяц, они получали плату, так что у меня было все, что только можно представить. Я получил хорошее образование, никогда не голодал, всегда был одет и обут и пошел по стопам приемных родителей, унаследовав их нотариальную контору. Увы, я не могу вам рассказать о проклятии что-то большее, потому что и сам не знаю. Правила действуют и на меня, но одно могу сказать точно: внимательно следите за тем, что происходит в замке. Пленники замка дадут вам все подсказки. Вам их лишь нужно понять.

— Пташка! — ворвался в дом молодой мужчина, и нотариус встал ему навстречу.

Дальнейшее мое пребывание здесь казалось неуместным. Молодые родители радовались приезду пожилого сына, что само по себе в моей голове не укладывалось, а я, выйдя на улицу, думала над тем, что история эта больше грустная, чем веселая.

Если я сниму проклятие, они больше никогда не встретятся, потому что замок вернется в свой мир… А где в таком случае останусь я? Над этим вопросом я пока не задумывалась.

Нотариуса я дожидалась в доме старосты. Лаура кормила меня обедом, то и дело наглаживая Айлиана, выпрашивающего добавки. К тому моменту, когда рыбный суп в моей тарелке закончился, а я поблагодарила хозяек, к старосте за списками заглянул уважаемый Пташ.

Несмотря на то, что стопка листов оказалась внушительной, свои записи я тоже добавила, объяснив, что хочу продать картину, однако не все было радужно, как казалось на первый взгляд. Подобные вещи не продавались быстро — даже на черном рынке для этого требовалось время, — так что мне пришлось бежать обратно в замок за золотыми монетами и обменивать их на нормальные деньги.

Золото-то, тем более такое чистое, с руками отрывали в любом ломбарде.

Пока деревенские прибирали оставшиеся на третьем этаже комнаты и вычищали взлетную площадку и захламленные чердаки на четвертом этаже, я изучала содержимое кабинета маркизы. Без картины здесь стало гораздо светлее и даже уютнее, да только в поисках мне это не помогло.