Книга гор

Взглянул на свет камина сквозь стеклянный тюльпан бокала. Маслянистые разводы на хрустале подтвердили вкусовые ощущения – вино было крепким. И непередаваемо вкусным. Дьявол… первый раз в жизни пью хорошее вино. И то не по-настоящему!

– Извините, – тихо сказал я. – Сравнение неудачно, согласен. Вы больше напоминаете музыканта, чем законодателя или… В общем, я буду звать вас Маэстро.

– Как угодно. – Фантом явно обиделся.

– Просто обстановка вокруг напоминает дешевый боевик, – пояснил я. – Ласковые беседы с обильным угощением обычно предшествуют допросу третьей степени.

– Исключено, – с жаром произнес Маэстро. – Пытки и убийства… тем более землян, для нас исключены!

«Тем более землян…» Забавно. Оговорка или осторожный ввод информации? Я потянулся к сигаретным пачкам, выбрал более знакомую. «Житан» – самый крепкий из известных мне сортов табака.

– Вы человек крайностей, Сергей, – задумчиво сказал Маэстро. – Самое знаменитое вино и самый крепкий табак. Если любить – то принцессу, если ненавидеть – то целую цивилизацию.

– Характер, Маэстро. Мерзкий характер… Скажите, что было раньше?

Маэстро вздохнул и тоже взял сигарету.

Щелкнул зажигалкой, протянул мне, затем прикурил сам.

– Вы, Сергей. Вы. Я вполне мог бы быть вашим потомком. Архивные исследования, весьма затрудненные вашей незначительностью в земной истории, показали, что за короткий срок жизни перед исчезновением вы заимели немало детей.

Я нервно затянулся, вогнав в легкие полсигареты. Голова закружилась сильнее, чем после бокала знаменитого вина.

– Не знал об этом, Маэстро.

– Три случая документированы генными пробами, остальные спорны… Вам нужны имена?

– Нет.

Пожалуйста, не надо. Это будет похуже «третьей степени».

– Как угодно… Что ж, приступим к деловым переговорам?

Я молча кивнул и затушил сигарету о нарезанный дольками ананас. Маэстро поморщился.

– Это ведь декорации… иллюзии… – добродушно объяснил я. – Начинайте.

– Вначале предыстория… или, скорее, послеистория – для вас. В конце двадцать первого века человечество начало свою звездную экспансию. Она опиралась на только что открытый принцип гиперпространственных переходов – то, что ваши друзья называют «полетом по прямой», «гиперпрыжком с опорой на три маяка» и туннельным гиперпереходом.

По экономическим причинам земляне использовали два первых способа – туннельный гиперпереход дорог даже для нас. В две тысячи сто тридцать втором году от Рождества Христова…

Я невольно ухмыльнулся торжественности, с которой была произнесена дата. Маэстро истолковал это по-своему:

– Вы христианин? По мусульманскому летосчислению шел…

– В две тысячи сто тридцать втором году, – сухо повторил Маэстро, – Земля столкнулась… с определенными проблемами.