Консервация ненависти

Это могло означать одно из двух – либо неизвестные уничтожили Бакарова и Штебу, либо бойцы спецназа отбили нападение и сами завалили «духов». Во втором случае они должны занять позицию на холме, откуда смогут контролировать открытое пространство. А вот если и Бакара и Хохла завалили, то тогда и ему, Крабову, уже не уйти. «Духи» наверняка пойдут на окружение. И вызвать подмогу невозможно, радиостанция осталась в «УАЗе», сотовый телефон где-то выпал из кармана, скорее всего во время прыжка из машины. Но пока наступило затишье, этим следовало воспользоваться и, вопреки логике, не отходить к шоссе или к хутору, а выйти к силосной яме. Тогда встречное окружение не состоится. Собравшись, капитан вскочил и пробежал метров десять. Упал, перекатился в сторону. По нему никто не стрелял. И это хороший знак. Знать бы еще, живы ли Бакар с Хохлом или хотя бы один из них? Они могли вызвать подкрепление. Но сейчас не до этого, надо занять выгодную позицию на торцевой возвышенности силосной ямы. Капитан вновь собрался, рывком поднялся и бросился через кусты к яме. И тут в глазах вспыхнул яркий огонь, а следом… сильная боль в голове и сплошная мгла. Крабов, получивший пулю в переносицу, упал на землю. Автомат отлетел вперед.

Стрелявший в него из канавы боевик цокнул языком и встал:

– Добегался, шайтан. Теперь на том свете бегать будешь.

Он по сотовому телефону вызвал Асигова. Тот ответил сразу же:

– Двое русских, что были в машине, уничтожены.

– А что проверять, Мусса, если я лично всадил обоим по пуле в голову?

– Ладно. Да, у нас потери.

– Капитан завалил Ваху и ранил в грудь Тахира.

– Добей его! Это приказ.

– Как все сделаешь, выходи к ферме. И поторопись. Из хутора наверняка сообщили о стрельбе в станицу.

Старший лейтенант Бакаров и прапорщик Штеба шли по тропе за скотником Басовым. Отойдя от новой фермы метров на сто, скотник повернулся к бойцам спецназа:

– Впереди небольшая балка, по дну течет ручей, место топкое, там был мостик, в каком состоянии он сейчас, не знаю, так что поаккуратнее.

– Ты сам не свались в грязь, – усмехнулся Штеба, – тебя и на ровной тропе качает. Видно, лишнего принял, похмеляясь.

– Сколько надо, столько и принял. Я-то к этим местам привыкший, на автопилоте везде пройду, а вы глядите под ноги.

– Может, дальше сами пойдете? За балкой тропа сухая, выведет прямо к первому коровнику.

– Иди, проводник, не болтай лишнего. Как покажешь навозную кучу, отпустим. Кстати, на нее реально можно подняться?

– Она как камень, сколько времени-то прошло. И кусты там.

Мостик оказался в довольно приличном состоянии. Легко пройдя балку, вышли на открытое пространство. Впереди виднелся ближний коровник, слева холм.

– Вот она, эта навозная куча, – показал на холм скотник.