Моя до полуночи

Он тот, кто он есть, и этого изменить не в силах. И он не сможет защитить Амелию от тех сплетен, которые неизбежны, если она станет женой цыгана.

Но будь он проклят, если допустит, чтобы она осталась в этом безжалостном мире одна, без него.

Ужин начался в полном молчании. Уэстклиффы и Сент-Винсенты уехали в Бристоль, а Лео отправился в поисках развлечений в деревенскую таверну. Амелия не могла себе представить, какие там могут быть развлечения, но Лео, очевидно, была нужна более сочувствующая компания, чем в Стоуни-Кроссе.

Меррипен оставался в постели и почти все время спал. Это было так на него не похоже, что все сестры сильно беспокоились.

– Я думаю, ему полезно отдохнуть, – сказала Поппи, катая по столу хлебные крошки. Увидев это, к ней поспешил слуга с салфеткой и серебряным совком, чтобы смести крошки со скатерти. – И раны так быстрее заживут.

– Кто-нибудь видел плечо Меррипена? – спросила Амелия, взглянув на Уин. – Наверное, пора менять повязку.

– Я это сделаю, – сразу же вызвалась Уин. – И заодно отнесу ему ужин.

– Беатрикс пойдет с тобой, – посоветовала Амелия.

– Я справлюсь с подносом.

– Дело не в этом… Я имела в виду, что неприлично оставаться одной с Меррипеном в его комнате.

Уин удивилась и скорчила гримасу.

– Мне не нужна Беатрикс. В конце концов, это всего лишь Меррипен.

Когда Уин ушла, Поппи посмотрела на Амелию:

– Ты думаешь, что Уин и вправду не знает, как он…

– Понятия не имею. Я никогда не заводила с ней разговор на эту тему, чтобы она не начала об этом думать.

– Надеюсь, что не знает, – предположила Беатрикс. – Это было бы так печально, если бы она знала.

Амелия и Поппи с удивлением глянули на свою младшую сестру.

– Ты знаешь, о чем мы говорим, Беа? – спросила Амелия.

– Конечно. Меррипен влюблен в Уин. Я поняла это уже давно, еще когда увидела, как он моет окно в ее комнате.

– Моет ее окно? – одновременно спросили сестры.

– Ну да. Еще когда мы жили в нашем доме в Примроуз-плейс. Если вы помните, в комнате Уин было двустворчатое окно, и оно выходило на большой клен. После скарлатины Уин должна была еще долго оставаться в постели и была так слаба, что даже не могла удержать в руках книгу. Поэтому она просто лежала и наблюдала за гнездом на ветке этого клена. Она видела, как ласточка выводила птенцов, а потом учила их летать. Однажды Уин пожаловалась, что окно такое грязное, что ей ничего не видно, а небо всегда выглядит серым. И Меррипен каждый день мыл окно так, что оно блестело, как зеркало. Иногда он даже залезал на стремянку, чтобы вымыть окно снаружи, а вы же знаете, как он боится высоты. Вы разве никогда не видели, как он это делал?

– Нет. – У Амелии даже защипало в глазах. – Я не обратила внимания.

– Меррипен сказал, что для Уин небо всегда должно быть голубым.