Мы играем в пистолеты

— Ты чего говоришь-то?

— Просто твоего интереса моими молодыми подругами не совсем понимаю.

— Я же о тебе беспокоюсь. Действует на тебя эта старуха со своими нравоучениями, неужели ты не понимаешь?

— Понимаю. Но что в этом плохого? Раньше ты не жаловался никогда.

Он руками на меня замахал.

— Всё, забудь. Что ты скандал на пустом месте раздуваешь?

Муж снова в газету уткнулся, а я на него смотрела и думала о том, что, если всё в моей жизни пойдёт по накатанной, то мне ещё много лет придётся наблюдать за тем, как он жуёт, а крошки на газету сыплются. И мало того, что наблюдать, а ещё что-то радостное для себя в этом находить.

Я заставила себя встряхнуться и с кресла поднялась. К Вите подошла и обняла его, прижавшись подбородком к его макушке. В газету его заглянула. А муж руку поднял и по плечу меня погладил.

— Подари мне завтра цветы, — попросила я.

Он голову поднял и в подбородок меня ударил, я отстранилась.

— Без повода, Вить. Просто подари.

— Ну, хорошо, подарю. — Улыбнулся, а я в ответ улыбнулась, хотя была уверена, что завтра он о своём обещании напрочь забудет.

— А на море поедем? Ты обещал.

Он всерьёз нахмурился.

Я начала терять терпение.

— Летом, Витя. Ещё два месяца впереди. Выбери время.

— Если меня отпустят, то, конечно, поедем.

— Но тебя, конечно же, не отпустят.

— Кому как, знаешь ли. Мне от твоей незаменимости на работе пока ни горячо, ни холодно. — Настроение у меня пропало, я от мужа отошла, и пояс на халате развязала. — Я спать. А ты читай газету.

Халат упал на пол, я на мужа обернулась, а потом дверь спальни за собой закрыла. Витя появился через две минуты, а я в очередной раз вспомнила Фаины слова про скуку.

— Надо с этим что-то делать, — пробормотала я себе под нос, когда следующим утром перед зеркалом крутилась. Витя, как всегда, завтракал на ходу, бродя по квартире, собираясь и попутно с кем-то по телефону разговаривая. А я, привыкшая к такому, утром с ним за стол никогда не садилась, да и вообще предпочитала не завтракать, не загружая организм с утра раннего, если только чай выпивала и съедала мандарин или яблоко.

Приложила к себе жемчужное ожерелье, позаимствованное у Фаи, и боком повернулась, разглядывая себя. Подбородок вздёрнула, чтобы лучше видно было.

— Сань, ты меня послушай, — муж в комнату вошёл, одной рукой мундир с вешалки сдёрнул и замер, — мне нужно постановление на обыск. Ну, так найди основания!.. Да почему на пустом месте-то? Я не понимаю, мы что, с утра в другой стране проснулись? А где любимое: был бы человек, а статья найдётся? А уж на него на целый уголовный кодекс статей наберётся, а ты мне сказки рассказываешь. Так копай! Копай, Саня. И никакого подвоха. — Телефон выключил и сунул его в карман брюк. Посмотрел на меня.