"Новый Михаил-Империя Единства". Компиляцияя. Книги 1-17 (СИ)

По существу, Некрасов и Бубликов совершили ошибку, понадеявшись на то, что войска в столице полностью деморализованы и не окажут никакого сопротивления, легко уступив агитации кучки людей. Кроме того, они понадеялись на то, что товарищ министра готов радостно распахнуть перед ними двери. И опираясь на эти соображения, горе-комиссары решил захватить важнейший объект с ходу, лихой атакой небольшой группы активистов. И совершенно неожиданно для себя потерпели полное фиаско. Но сам Александр Федорович Керенский этих ошибок повторять не намерен!

Однако чем ближе были пулеметы, тем хуже было предчувствие у трибуна революции.

Он резко сбавил ход и, обернувшись, выкрикнул что-то восторженное, призванное подбодрить отстающих. Одновременно с этим, пропуская мимо себя демонстрантов, Александр Федорович раздавал указания, спешно формируя отряд из числа тех, у кого в руках было какое-то оружие. Керенскому уже было ясно, что захватить МПС просто напором толпы, как он надеялся ранее, явно не получится, а значит, придется использовать массу людей в качестве прикрытия вооруженного отряда, который и начнет штурм.

Когда четверть часа назад я увидел стоящий на станции императорский поезд, признаюсь честно, меня чуть Кондратий не обнял. По моим прикидкам, он уже должен был быть очень далеко, и на столь скорую встречу с «братом» я никак не рассчитывал.

И если он здесь, значит, он вполне может быть в курсе моих шалостей. Если это так, то какой прием меня ждет? Прикажет взять меня под домашний арест и для надежности запереть в одном из купе поезда? Так сказать, чтоб был под присмотром. Как-то такая перспектива в мои планы не входила. Не все еще я исправил из того, что братец Коля нацарствовал.

С другой стороны, явившись в Оршу, разве я могу наглым образом уклониться от встречи с императором? Тут ведь не сошлешься на занятость или плохое самочувствие, ведь как-никак я вроде как должен как минимум обрадоваться, увидев «спасенного царя», и уж тем более я обещал верноподданнически явить все свои действия на суд государя императора. Ой, скверно-то как!

Тем более что двинутые по моему приказу войска из Минска начнут прибывать уже в ближайший час. А у меня тут такая вот неприятность. Ведь может выйти форменный конфуз, когда я вроде как от имени царя-батюшки, а тут он, весь такой в белом, является и приказывает взять меня под арест.

Но главная мысль меня терзала, когда я подходил к вагону с императором – что именно на выходе из этого самого вагона мне поперла карта, улыбнулась удача и поразительным образом стало все получаться. Не исчезнет ли мой фарт, если я опять войду сюда? И выйду ли вообще?

– Ваше императорское высочество! Государь приказал проводить вас к нему, как только вы прибудете.