Ну, здравствуй, Герой!

Ровно столько прошло времени с того момента, как я смежил веки в койке в своём гостиничном номере, до того момента, как распахнул глаза, разбуженный грохотом «Петропавловской пушки», оповещавшей форт о начале какого-то пи… чего-то важного и нехорошего.

Что ж: четыре часа — это тоже совсем неплохо. Во времена службы, в ином наряде и хуже бывало. Бывало, что по несколько суток вообще без сна приходилось проводить. Так что, четыре часа — это за счастье.

Просыпаюсь я обычно резко и быстро. Особенно, когда это важно. Рывком. Этот раз не был исключением. Эхо грохота ещё не успело отгулять по закоулкам форта, а я уже сидел на кровати и доставал из сумки первые элементы своей брони.

Да — в этот раз, я собирался быть максимально серьёзен.

К тому моменту, как в мой номер, после чисто формального стука в незапертую дверь ввалился вестовой, всё тот же, что и вчера (или ещё сегодня?) Джори, я уже сидел возле стола полностью экипированный в свою броню «Хищника» и, склонившись над планшетом, рассматривал ряды и позиции нападающих через висящий чуть дальше города в небе разведывательный дрон.

Единственно: маску ещё на лицо не натягивал — рановато ещё. При этом, все четыре револьвера уже были в специальных, «утопленных» в броню кобурах — в то время, когда, в долине, я сидел и собирал по ленточке и кусочку эту броню после битвы за «опорник», озаботился и таким её усовершенствованием. Ведь, оставаться без оружия в оперативном доступе мне не хотелось ни в какой момент: на маскировку надейся, а пистолет под рукой держи!

И вот, теперь, после долгих трудов и множества не слишком удачных, «черновых» попыток, я имел вполне рабочий вариант, при котором, оружие было доступно, и маскировка сохранялась. Удобно быть самому себе Артефактором!

— Господин Авантюрист, боевая тревога. Нападение со стороны Княжества. Комендант ожидает вас в правой надвратной башне, — мягко, без криков и надрыва доложил вестовой.

— Хорошо, Джори, — поднялся со стула я. — Не будем заставлять Коменданта ждать, — спрятал планшет и закрепил маску на положенное ей место.

В надвратной башне, Полковник стоял полу-боком у бойницы и через неё разглядывал медленно подходящего к реке противника. Был он, Полковник, а не противник, внушителен: высокий, статный, с подкрученными усами, полубезумным взглядом и перманентно блуждающей под усами загадочной улыбкой. Одет он был в матовую, не бликующую кирасу поверх камзола. Кирасу дополняли воронёные наручи и поножи. На локтях и коленях — специальные, очень похожие на современные мне наколенники и налокотники. Вот только, вместо шлема на голове была ещё более щегольская, чем раньше, шляпа с каким-то пером и одним заломленным полем.

На специальной поясной перевязи висела сабля, на рукояти которой покоилась левая рука.