Обнаженная для тебя (HL)

Другая его рука продолжала мять мои груди, отчего они набухли и сделались невероятно чувствительными.

— Ты у меня такая влажная, — промурлыкал он, раздвигая пальцами мою промежность. — Здесь ты тоже прекрасна: розовая, бархатистая. Такая мягкая. Ты ведь сегодня не делала эпиляцию, правда? — (Я покачала головой.) — Слава богу. Кажется, мне десяти минут не вытерпеть, не прикасаясь к тебе, а о десяти часах и говорить нечего.

Его палец осторожно проскользнул в меня.

Глаза мои закрылись. Я ощущала себя очень уязвимой: я лежала распростертая, нагая, во мне был палец мужчины, чья осведомленность насчет бразильской эпиляции указывала на интимнейшее знание женщин. Мужчины, остававшегося полностью одетым и стоявшего на коленях на полу рядом со мной.

— Какая ты ладная. — Палец Гидеона подался назад, а потом вновь мягко погрузился в меня. Спина моя изогнулась, когда я страстно обвилась вокруг него. — И полна желания. Скажи, ты давно трахалась в последний раз?

— Не до того было. Куча дел: диссертация, поиски работы, переезд…

Он вытащил палец, а потом ввел мне во влагалище уже два, и я не смогла сдержать сладострастный стон. У этого мужчины были уверенные и умелые руки, которыми он брал все, что хотел.

— Ты противозачаточные средства используешь?

— Да. — Руки мои вцепились в края подушки. — Конечно.

— Я покажу тебе, на что способен, и ты сделаешь то же самое, когда дашь мне войти в тебя.

— О господи, Гидеон…

Я задыхалась, мои бедра бесстыже изогнулись, подаваясь навстречу его похотливым пальцам. Ощущение было такое, будто я оказалась на грани спонтанного самовоспламенения.

Такого возбуждения я еще в жизни не испытывала. Потребность в оргазме чуть ли не сводила меня с ума. Если бы сейчас вошел Кэри и застал меня извивающейся в гостиной, в то время как Гидеон трахает меня, то я даже не вздрогнула бы.

Гидеон тоже тяжело дышал. Его лицо раскраснелось от вожделения, обращенного на меня. Я же всего-навсего беспомощно откликалась на его похоть.

Его рука сместилась с моей груди на щеку и провела по ней.

— Э, да ты покраснела. Я тебя шокировал.

От его улыбки, распутной и довольной, у меня стеснило грудь.

— Я хочу чувствовать в тебе свою сперму, когда трахаю тебя. Хочу, чтобы и ты чувствовала в себе мою сперму, думая о том, как я выглядел и какие звуки издавал, когда изливал ее в тебя. Потому что, думая об этом, ты будешь с нетерпением ждать, когда я стану проделывать с тобой это снова и снова.

Лоно мое трепетало вокруг его движущихся пальцев, а непристойности чуть ли не доводили до оргазма.

— Ева, я намерен расписать тебе способы, какими хочу, чтобы ты меня ублажала, и ты усвоишь их все… Используешь их все, и у нас будет самый взрывной, первобытный, ничем не сдерживаемый секс.