Отрок. Ближний круг

– Ну, не знаю, – неуверенно произнес наконец Роська, – может быть, про запас?

– Какой запас? – чуть не хором вопросили Федор и Корней.

– Это… если они еще больше шлемов делать собирались… Ой! У Журавля что, тьма шлемов накована?

Мишка даже и не представлял себе, что боярин Федор способен столь витиевато сквернословить, Корней от приятеля юности не отстал, и, хотя озвучивали они разные тексты, дуэт получился, просто «ни в сказке сказать, ни пером описать». Роська уставился на начальство со смесью испуга и удивления – слыхать-то он еще и не такое слыхал, но ругань-то была реакцией на его слова, вроде бы никакой крамолы в себе не содержавшие!

– Следующего звать? – деловито осведомился Мишка, чтобы прервать затянувшуюся паузу.

– Не надо… – Корней махнул рукой, – и ты, Василий, ступай. Молодец, хорошо выучился.

– Рад стараться, господин сотник! – гаркнул Роська так, что впавший в задумчивость Федор даже вздрогнул, потом четко развернулся через левое плечо и вышел из горницы.

– Михайла, чего ты там стоишь? Иди сюда, садись, дальше думать будем.

Мишка, помянув мысленно, что все время забывает подкинуть матери идею карманов, вытащил из малого подсумка цепочку с «номерным медальоном» и положил ее на стол перед дедом.

– Вы не обратили внимания на то, что такая у каждого журавлевца на шее висит?

– Да у них на шеях чего только не висит, язычники же! Кхе! Хотя вроде бы да. А, Федя? Не заметил?

– Да на них серебра больше пуда собрали, даже странно: откуда столько? Перстни, кольца, браслеты, ожерелья… всего и не упомнишь… – Федор сожалеюще вздохнул: его-то людям от всего этого богатства достался сущий мизер. – А что такое?

– Поглядите, господа бояре: здесь тоже цифры выбиты. Я проверил, и получилось, что одна и та же запись у каждого журавлевца сделана вот на такой пластинке, на доспехе, выжжена на сбруе и седле, на сапогах, даже на одежде вышита. Это – порядок, господа бояре. Очень жесткий и очень правильный. Хозяина любой вещи по этой записи можно определить, а если еще есть и списки, то всегда известно, сколько чего людям выдано, сколько на складе в запасе лежит. Это – порядок, придуманный для большого войска, а не для тех трех сотен, которые у Журавля есть. Ведь ты же, господин воевода, не знаешь, чего и сколько у каждого ратника имеется?

– Ну, примерно, конечно, знаю. Но чтоб так точно… я же по кладовкам у них не шарю.

– А Журавль знает! И я тоже про своих отроков знаю! – Мишка заметил, что его слова очень не понравились деду, и тут же решил разрядить обстановку.