Меч Немезиды

– А завтрак закажете? – продолжала заботиться невидимая официантка. – Могу яичницу принести с корейкой…

«Какой, к чертям, завтрак! – раздраженно подумал Шаура. – Неизвестно, кто доживет до утра!»

– Нет, мы рано не едим, – громко сказал он и прижал ухо к двери.

Послышались мягкие шаги по ковровой дорожке, через секунду та же фраза – чуть тише и глуше – прозвучала для пассажиров соседнего купе. Вроде бы ничего подозрительного.

– Надо было вам выглянуть, она бы больше вопросов не задавала, – улыбнулся Шаура. – Вы похожи на Черного Рыцаря. Ну, этого, восставшего из мертвых…

– Не каркай, – глухо сказал Карпенко и стащил шлем. Лицо у него было красным и потным, но голос пришел в норму.

– Душно. Но работаем в шлемах. Лучше потерпеть…"

"Он не закончил фразу, но и так было ясно: «Чем получить пулю в голову!»

На столике в подставке стоит навигатор с пятидюймовым экраном. Вместо карты автомобильных дорог здесь загружена программа, какими пользуются машинисты на международных рейсах. Красная точка на экране бежала вдоль сдвоенных линий, обозначающих железнодорожные пути, а в окошке для текстовых сообщений то и дело вспыхивали надписи, предупреждающие о приближении к очередной ветке, развязке или станции. Обычно надписи дублировал мелодичный женский голос («Татьяна», как было сказано в меню), но сейчас Карпенко его отключил.

Шаура глянул на время, высвеченное на экране навигатора крупными цифрами. 22–45. Только миновали Северск и вышли на отрезок действия. Кулаков ушел на разведку двадцать минут назад и как в воду канул. У них есть коротковолновая связь, а у Кулака в высоком воротнике свитера спрятан микрофон, вот только пользоваться им без крайней нужды он не станет – дежурные милиционеры, начальник состава, машинисты, да и люди Караваева, что не исключается, – тоже пользуются коротковолновиками, «светиться» здесь ни к чему.

– Может, я пойду пройдусь? Проверю, чего там?

– Не дергайся, – сказал ему Карпенко.

Шаура посидел еще немного, покряхтел, прислушался к звукам, доносящимся из коридора. В последних купе «гуляли». Веселые крики, смех, звон посуды. Отчетливо тянуло сигаретным дымом. Ладно, гуляйте пока…

Он принял прежнее полулежачее положение, закинув ноги в тяжелых «берцах» на противоположное сиденье. И только он устроился, в дверь постучали мелкой условной дробью. Вернулся Кулак, живой и здоровый.

– Наша проводница привела хахаля, – доложил он Карпенко. – Они заперлись в служебном купе. Похоже, е…

Кулаков запнулся.

– Кажется, занимаются сексом, – поправился он.

Генерал поднял бровь:

– Да неужели? Ну, это мы переживем… А что происходит в вагоне более важного?

– Четверо новеньких, согнали пассажиров в другие вагоны и заняли их места…

– Откуда новенькие? – перебил его Карпенко.