Предназначенная для крылатого лорда-2

Сбросив бессильно тычущееся в него плетение Алестера, как мерзкое насекомое, Дарнел предвкушающе посмотрел на ошарашенного противника. Тот явно не ожидал подобного. Лодар же успокоился окончательно и продолжил игру, результата которой с таким нетерпением ждал несколько лет.

Паралич, что при других стычках с Даргоном доставил немало неприятных минут, не сработал совсем. Но пришлось максимально правдоподобно изображать падение вниз.

Миг, когда голова Алестера отделилась от тела, вызвал двойственные чувства. Дарнел ожидал, что испытает облегчение и удовлетворение.

Тех, каких не мог достичь с того самого момента, как зашел в проклятую хижину в лесу. Но вместо этого возникли неуверенность и сомнения. Алестер ведь так и не признался в содеянном. Да, Лодар почти на сто процентов уверен, что родных убил Даргон. Но проклятое «почти» убивало весь эффект от победы. Вдруг все же не он?

Может, потому не испытал никакой досады от вмешательства Фидарана. Да и, в конце концов, у них обоих еще много времени, чтобы выяснить все друг с другом. Рано или поздно Дарнел докопается до истины, и тогда уже ничто не спасет Алестера! Если, конечно, тот виновен.

Пока же победа осталась за Дарнелом. Он отвоевал право на женщину, которая заставила его поверить в возможность жить не только прошлым. С ее появлением в жизни Дарнела появился новый смысл.

Не глядя больше на поверженного противника, он отыскал глазами Кэтрин и двинулся к ней. Она была бледной и взволнованной. Девушке явно пришлось нелегко во время поединка. Ведь решалась и ее судьба!

Интересно, за кого Кэтрин болела? – мелькнула ревнивая мысль. Но он тут же отогнал ее. Если бы девушка желала остаться с Даргоном, не стала бы бежать от него.

Или приняла предложение отпустить ее, когда предлагал. Кэтрин предпочла остаться. А значит, свой выбор сделала. И он постарается, чтобы она не пожалела об этом.

Для начала же хотелось бы, чтобы перестала шарахаться, как перепуганный заяц. Привыкала к его прикосновениям и тому, что он теперь ее законный муж.

По телу пронеслась жаркая волна, стоило оказаться рядом с Кэтрин. Ощутил ее тонкий аромат, от которого кровь прилила к чреслам. Как же хотелось схватить ее и унести прочь, а потом долго и упорно заявлять свои права! Так, чтобы сорвала голос от криков и стонов наслаждения.

Но нельзя. Дал ведь проклятое обещание пока не трогать и дать привыкнуть к себе. Только на этих условиях она согласилась оставаться рядом.

И Дарнел ограничился лишь поцелуем. Но таким, что у самого в глазах потемнело, а тяжесть в чреслах едва заставила самого не застонать. Стоило немалых усилий все же оторваться от нестерпимо соблазнительных, чувственных губ и объяснить хоть как-то причину своих действий.