Проповедник

Роберт сидел, думал и давал обещания. Он обещал, что все изменится и для них начнется новая жизнь, если только Йохан останется на этом свете с ним. Роберт обещал больше никогда не воровать, найти работу, заняться чем-нибудь хорошим. Никто бы не поверил, но он даже пообещал постричься. Последний зарок он дал себе с некоторой опаской, но, к его изумлению, именно после него все и переменилось. Рука Йохана легонечко задрожала, и его указательный палец поднялся и опустился, как крылья у бабочки, словно Йохан тоже пытался погладить руку Роберта в ответ. Совсем чуть-чуть, почти ничего, но это все, что нужно Роберту. Он успокоился и с нетерпением стал ждать, когда вернется Сольвейг, он знал, что наконец сможет ей сказать, что с Робертом все будет в порядке.

— Мартин, тут один малый звонит и говорит, что у него есть информация насчет избиения Йохана Хульта, — сказала Анника, высунув голову из дверей, и Мартин, идущий по коридору, остановился и повернулся к ней.

— Вот черт, у меня времени ни минуты.

— Ну что, мне ему сказать, чтобы перезвонил попозже? — спросила Анника.

— Нет-нет, я этим займусь.

Мартин быстро зашел к Аннике и взял трубку. Он сосредоточенно слушал своего собеседника и задал по ходу разговора несколько уточняющих вопросов, потом быстро положил трубку и уже на бегу сказал:

— Анника, нам с Патриком срочно надо ехать. Ты не можешь связаться с Ёстой и попросить его пулей позвонить мне на мобильник? И где, к черту, Эрнст?

— Ёста с Эрнстом уехали обедать, но я им позвоню на мобильный.

Мартин унесся, и несколькими секундами позже ему на смену появился Патрик.

— Анника, тебе удалось связаться с Уддеваллой?

Анника довольно показала Патрику большой палец.

— Все сделано, они выехали.

Патрик повернулся и пошел было на выход, но остановился и сказал:

— Анника, само собой разумеется, что тебе больше не надо заниматься этим списком детей-безотцовщин.

И потом быстрыми шагами Патрик тоже вышел в коридор. Напряжение в участке достигло такого уровня, что, казалось, ощущалось физически. Патрик в двух словах объяснил Аннике, что произошло, и Анника тоже почувствовала, как ее с ног до головы пронизывает возбуждение. Все указывало на то, что наконец самое важное разрешилось и расследование подходит к концу. И именно поэтому сейчас важна каждая минута. Она кивнула Патрику и Мартину, когда они проходили мимо стеклянной перегородки перед ней и исчезли за входной дверью.

— Удачи, — крикнула им вслед Анника, но не знала, услышали они ее или нет.

Она торопливо набрала номер Ёсты.

— Да, Ёста, полная хренота. Вот сидим мы тут с тобой, ты да я, а там эти сопляки шуруют.

Эрнст опять взгромоздился на своего любимого конька. Ёсту его высказывания порядком достали, он уже устал выслушивать все это в очередной раз.